Сценарии судьбы Тонечки Морозовой

– Вы… я забыла, как это называется… А! Вы бурлак?

Он вдруг остановился посреди улицы и захохотал. Громко и с удовольствием, как хохотал, когда обнаружил, что запер их с Сашей в своих владениях.

– Один – ноль, – сказал он. – С вами правда приятно разговаривать, Тоня.

Тонечку вдруг осенило:

– Слушайте! Вполне возможно, что мы зря сюда притащились! Сейчас службы все запрещены, храм закрыт. А где живет отец Илларион, я не знаю.

Они подошли к широкому, как меловая гора, приземистому, как княжьи палаты, широкому, как кольчуга тверича, храму.

Федор потрогал монументальную стену.

Рука у него была загорелая, ногти острижены очень коротко, как у врача.

– Вроде бы открыто.

Он толкнул дверь, и она нехотя подалась – все как в тот раз, когда они приходили сюда с Сашей.

Тонечка первая, Федор Петрович следом, они зашли в сумеречный прохладный притвор, где оконца были словно из слюды, и потом дальше, в храм.

Здесь стояла тишина, горели лампады, разноцветный свет лился в высокие стрельчатые окна.

– Вот, – прошептала Тонечка, словно храм имел к ней непосредственное отношение и она имела право гордиться им и любить его.

 – Видите, какая красота? Я вам говорила!

И позвала негромко:

– Отец Илларион!"

"По-прежнему в храме звенела тишина, и, кажется, было слышно, как потрескивают перед ликами одинокие свечи.

– Отец Илларион, вы здесь?..

Тонечка оглянулась на Федора Петровича. Тот стоял, закинув голову, и рассматривал фрески и роспись купола.

Она забеспокоилась.

…А что, если?.. Если опять случилась беда? Храм открыт, значит, священник где-то здесь, но почему он не отвечает?!

– Отец Илларион! – почти закричала она.

Голос ее эхом отлетел от стен и потерялся в вышине, под куполом.

– Что вы кричите? – накинулся на нее Федор Петрович. – Нет здесь никого!

– Как это нет!..

И Тонечка почти побежала к иконостасу.

– Кто здесь?

Из алтарных врат показался священник – живой и здоровый, кажется, очень удивленный. Тонечку он не узнал.

– Храм закрыт, почтеннейшие, – заговорил он, спускаясь по ступенькам, – приходите, когда откроется. Молитесь по домам, что нам теперь остается.

– Батюшка, это я, Антонина, – Тонечка подбежала к нему. – Слава богу, с вами все в порядке!

– Вашими молитвами, – обрадовался Илларион.

 – Здравствуй, матушка. И вам… доброго дня, уважаемый.

– Отец Илларион, я внука Лидии Ивановны нашла. То есть мы вместе с Сашей нашли! Вот он, Федор Батюшков.

Федору Петровичу показалось, что она сейчас дернет его за полу и шепотом прикажет: «Поздоровайся с дядей, бестолочь!»

– Соболезную вашей потере, – прогудел священник, рассматривая пришельца. – Скорблю вместе с вами. Лидия Ивановна у нас бывала нечасто, коротко знакомы мы не были, но человек она хороший.

Федор кивнул.

Ему было неловко.