Люблю тебя (СИ)

Свиридов не включает свет, и так мне нравится даже больше. Одежда быстро летит на пол, мы оказываемся обнаженными на мягкой постели. Никита тянется к прикроватной тумбе, выдвигает ящик и что-то из нее достаёт. Не сразу удаётся разглядеть, что это. Догадываюсь, когда моей кожи касается шелковая ткань.

— Оу… — удивленно произношу.

— Я помню, что тебе тогда очень понравилось, — кусает мочку моего уха.

— А что повязка для глаз делает в твоей прикроватной тумбе? Ты часто ею пользуешься?

Тихо смеется, покрывая поцелуями мою шею.

— Ревнуешь?

— Вот еще! — фыркаю. — Просто обычно люди хранят в прикроватной тумбе то, чем чаще всего пользуются.

— Я купил ее перед твоим приездом и положил в тумбу, чтобы была под рукой.

— Не боишься заголовков «Футболист Свиридов был замечен в секс-шопе»?

Никита хохочет в голос, а я переворачиваюсь на живот и жду, когда он завяжет мне глаза. Мы занимались сексом с завязанными глазами шесть лет назад. Мне очень понравилось.

Шелковая повязка касается лица. Никита затягивает ее на затылке. Один орган чувств — зрение — отключился. Другие начинают работать с удвоенной силой. Осязание прикосновений становится острее.

Контакт с Никитой кожа к коже разгоняет по телу волны жара. На языке усиливается работа рецепторов вкуса. От этого наши поцелуи приносят ещё больше удовольствия. Я смакую вкус Никиты. Обостряется обоняние. Запах Свиридова наполняет мои легкие, я задерживаю дыхание, чтобы насладиться им.

Действую на ощупь. Вожу подушечками пальцев по его лицу, шее, плечам, груди. По памяти очерчиваю контуры лилии. Целую ключицы, рисую поцелуями узоры. Никита укладывает меня на спину. Раздвигает мои ноги, и в следующую секунду я чувствую легкое жжение, а затем холод, будоражащий до мурашек.

Ментол, догадываюсь.

Это совершенно новые ощущения. Яркие, мощные, как вспышки. Язык Никиты скользит у меня между ног, разгоняет холод, заставляет меня выгибаться, стонать, дрожать. Я накалена до предела, готова взорваться в любую секунду. Такого я ещё не испытывала."

"Ник входит в меня членом, а языком и губами с морозным ментолом принимается ласкать соски. Благодаря новым ощущениям, я кончаю быстро. Нет больше сил терпеть, когда все так обострено, когда каждая клеточка тела в шаге от взрыва.

Никита еще двигается во мне резкими ритмичными толчками, пока не доводит до оргазма себя. Затем валится рядом на кровать. Чувствую невесомое прикосновение его мокрых мятных губ к своей щеке.

Я не снимаю с глаз повязку. Не видя внешний мир, чувствую себя прекрасно.

— Ты подготовился к моему приезду, — лениво лепечу.

— Я же сказал, что ждал тебя, — щекочет мне ухо морозным дыханием.

Уголки моих губ расползаются в довольной улыбке. Поворачиваюсь на бок и кладу голову Никите на грудь.