Любовь без поцелуев (СИ)

Сделал шикарные качественные распечатки, перевел кучу текстов для самых полных пояснений, подготовил макет и показал его нашему директору и прочим. Они были в восторге, но попросили кое-что убрать. Конечно, фото того самого памятника. «Убитым и замолчанным гомосексуальным жертвам национал-социализма». Стоит признать, что это было вовсе не центральным элементом. Об опытах над людьми в Дахау информации, например, было гораздо больше (Спирит есть Спирит), и фотографии газовых камер, на мой взгляд, не в пример ужасней, и о геноциде еврейского народа написано куда более экспрессивно.

Но привязались именно к этому моменту. Мол, всё хорошо, всё замечательно, да вот только это надо убрать. Ну, вот только это и всё. Спирит приводил кучу разумных, логичных доводов, способных убедить любого нормального человека, в чьей голове не засела осколком от гранаты мысль «ну как же так, великий подвиг советского народа и гомосексуалисты… нельзя же так. Нельзя и всё». Спирит, как истинный доминант, пропускал мимо ушей все оскорбительные намёки и продолжал настаивать на своём, пока завуч не сказала ему в лицо: «Господин Сенкин. .. То есть, простите, господин Фрисман. Мы не вмешиваемся в личную жизнь старшеклассников, тем более совершеннолетних. Но навязывать всей школе свою неестественную точку зрения на человеческие отношения я не позволю ни Вам, ни господину Веригину. Либо Вы убираете эту фотографию, либо выставки не будет». Я при этом присутствовал – надо было кое-какие документы занести. И я скажу – я у Спирита такого злого взгляда ещё не видел. Даже когда мой отец его из нашего дома выставлял. Даже когда в предыдущей школе учитель истории начинал очередную речь на тему «Во всех исторических трагедиях виноваты жиды». Или когда Спирита в связи с молодостью не приняли в какой-то извращенский клуб."

"– Вы – фашистка, – от его голоса в кабинете, как показалось не только мне, потемнело и похолодало. – Вас стоило бы расстрелять вместе с другими тогда, шестьдесят лет назад. Знаете, почему этот памятник так называется? Из-за таких, как вы.

Здесь и сейчас Вы продолжаете совершать преступление против человечества, начатое Гитлером и ему подобными. Если бы я не учился последние месяцы, я бы забрал документы прямо сегодня. Если бы у нас была цивилизованная страна, я подал бы на Вас в суд и выиграл бы его. Пока же я… – тут он взял паузу, явно обещая глад, мор и все казни египетские, – ухожу.

– И чего он так расстроился? – спросила у меня директор. – Ну, подумаешь, попросили убрать фотографию.