Иван Опалин

Заметив Опалина, агент приблизился к нему и протянул руку, которую Иван пожал, чувствуя, как его заполняет благодарность. Потому что Назаров даже не колебался, подойти к нему сейчас или нет. А кое-кто из тех, кого Иван видел сегодня в здании, колебался, а еще кто-то и вовсе делал вид, что не заметил его.

— Ваня, я это… Ты не думай, что мы поверили Бруно… — сбивчиво заговорил Назаров. — Он лишнего сболтнул, конечно. Мы даже не сомневаемся…

— Келлер тут только что был, — буркнул Опалин, который, несмотря на молодость, все примечал и был крайне злопамятен. — Даже поздороваться не пожелал.

— Вань, да ты что… Бруно, это же… Когда он перед кем извинялся… Да он не признает ни за что!

Опалин шмыгнул носом. Он только что вспомнил кое-что и обратился к Логинову.

— Слушай, Петрович, может, это и неважно, но… Насчет патефона…

И он рассказал собеседникам, что из дома в Одиноком переулке пропал патефон и что, возможно, это как-то связано с тем, что бандиты смогли застать агентов угрозыска врасплох.

— Сонька часто пользовалась патефоном? — спросил Логинов.

— Каждый день пластинки ставила.

— А какие?

Опалин наморщил лоб, припоминая.

— Фокстроты в основном, — пришел ему на помощь Назаров, которому тоже доводилось сидеть в засаде. — Еще танго. Танцевать она ого-го как любила! Все Ваню пыталась на это дело подначить…

— Я с такими не танцую, — сухо ответил Опалин и глазами сверкнул сердито, как кот.

— Не-не, ты с ней танцевал, я помню, — засмеялся Назаров. — Пару раз она все-таки тебя вытащила из кресла, где ты сидел.

— И что? — спросил Опалин уже с раздражением.

— Да ничего, — ответил удивленный Назаров. — Ты, Ваня, главное, не горячись.

— Вы хоть ищете их? — задал Иван главный вопрос, который занимал его больше всего.

— Разумеется, ищем. Но — извини — сказать тебе ничего не можем.

— Когда мы их поймаем, я обязательно тебе сообщу, — пообещал Назаров. — Честно-честно.

Это было одно из его любимых выражений, которые он употреблял к месту и не к месту. И хотя Опалин понял, что Валя сказал это только для того, чтобы его успокоить, он был тронут.

— Спасибо, Валя, — пробормотал он, снова пожав руку Назарову. — Я… Понимаешь, мне это очень больно все.

Он поглядел на папку, которую переложил в левую руку, когда обменивался рукопожатием с Валей, и, не прощаясь, шагнул к двери.

— Если понадобится помощь, ты только скажи! — крикнул Логинов ему вслед. — Я про дело твое, — добавил он на всякий случай.

Когда дверь за Опалиным закрылась, агенты молча переглянулись.

— Эх, Бруно… — буркнул Назаров, доставая папиросу. — Зря он! Я бы в жисть на Ваню не подумал…

— А на кого? — внезапно спросил Логинов, который любил расставлять все точки над ё.