Иван Опалин

С другой стороны, Иван еще не расстался с мыслью найти Стрелка и надеялся, что Дымовицкий ему что-нибудь подскажет.

Он взялся за тесемки папки, которую ему дал Логинов. Серые сдобные тучи, которые ползли низко над Москвой, тотчас учуяли, что юноша внизу развернул папку с бумажками, часть из которых была исписана почему-то красными чернилами, обрадовались случаю и принялись сыпать на него и на документы крупный снег. Со стороны могло даже показаться, что кто-то наверху распорол подушки и из них летит пух. Опалин чертыхнулся, вернулся в желтоватое обшарпанное здание и там дочитал то, что его интересовало.

Из бумаг следовало, что ввиду сопутствующих обстоятельств дело собирались признать несчастным случаем, но тут подоспело заявление от Евлахова Аристарха Николаевича, отца девушки, с требованием провести дознание по всей форме. Опалин поглядел на крупные, твердые буквы и подумал, что этот Аристарх Николаевич, должно быть, человек решительный и шутить не любит.

""К Евлаховым в Глинищевский переулок или к Дымовицкому на Красную площадь? — думал Ваня, завязывая папку.

 — Ладно, поеду к Евлаховым… Сначала дело, а все остальное потом"".

Дом, в котором жил работник Моссовета, мало чем отличался от других домов в этой части города. Машинально Опалин отметил, что неподалеку располагается моссельпромовская пивная, которая наверняка была центром притяжения местных забулдыг, но ведь при советской власти пиво пить не возбраняется. ""Зайти, что ли, в пивную, попробовать разузнать насчет Евлахова?"" — мелькнуло у него в голове. Но он инстинктивно чурался подобных мест и решил начать расспросы с дворника или управдома — как получится.

Дворника Опалин поймал возле ворот дома Евлахова, и разговорить его удалось довольно легко — с помощью пары папирос.

— Аристарх-то? Ну, Аристарх человек известный… Ничего плохого про него сказать не могу. Здоровается! Иные мимо шмыг с портфелем и даже не глядят в твою сторону. А он ничего…

— А дочь его ты знал?

— Которую?

— А что, у него несколько дочерей?

— Ха-ха! Так три девки у него. Галка старшая была, под трамвай угодила. А зачем он тебе?

— Я как раз и буду расследовать, отчего она под трамвай угодила, — признался Опалин.

Дворник скользнул глазами по его лицу.

— Вишь ты! А что она угодила, так ничего хитрого тут нет. Жених ее бросил, — Он произносил слово через ""а"": жаних.

У Опалина заныло под ложечкой. Не зря он предчувствовал, что с этой историей что-то не так. Получается, что Галина бросилась под трамвай, поссорившись с женихом, и теперь рассерженный отец будет пытаться этого жениха притянуть к ответу или хотя бы как-то испортить ему жизнь.