Иван Опалин

— То есть воровка она или нет? — Девушка глядела на него во все глаза. — Но… Анна Андреевна всегда нанимает только проверенных людей…

— Они все проверенные, — хмыкнул Опалин, осторожно опустившись на широкий кожаный диван, который чем-то его особенно манил в этой загадочной и смешанной обстановке. — Надя, а ты хорошо знала Галю?

— Конечно.

— Что там у нее стряслось с женихом-то?

— Ах, нет, нет, — заговорила Надя, морщась, — Ваня не был ее женихом… Это глупости. То есть не то что глупости… он ей нравился, понимаешь? И она ему нравилась… одно время. Но он ничего не говорил о свадьбе и даже не намекал…

— Не намекал, а так?

— Что — так?

— Они жили без всякой свадьбы?

Надя покраснела.

— Во-первых, я не думаю… Во-вторых… и вообще… Ваня — порядочный человек! Он к ней относился… ну… по-дружески… А она решила, что это не дружба уже… Однажды стала говорить, что хорошо бы им покончить с неопределенностью и расписаться… а он и вспылил…

— Ты слышала их разговор?

— Нет. Мне Галя сказала. Она… она была… — Надя задумалась, — сражена, да? Ей даже в голову не приходило, что Ваня так может с ней обойтись…

Опалин глядел на нее и с неудовольствием думал, что она чего-то недоговаривает.

Дворник назвал Ивана Катаринова женихом Гали. Такие прозвища на пустом месте не рождаются, как минимум загадочный тезка Опалина должен был подавать девушке определенные надежды…

— Когда именно они поссорились? — спросил Иван.

— Дней десять назад, наверное.

— А после этого общались?

— Ну… Она ему книгу какую-то вернула. Получается, общались…

— Ты помнишь тот день, когда ее сбил трамвай?

— Помню.

— Как она вела себя с утра?

— Ну… Завтрак… как обычно… Потом — не знаю, я на курсах была.

— На каких?

— Я курсы иностранных языков посещаю. Бывшие Берлица… Там Екатерина Александровна преподает.

— А Екатерина Александровна — кто?

— Она с Лизой занимается немецким.

Увидев недоумение на лице Опалина, Надя нетерпеливо пояснила:

— Лиза — сестра Гали, в школу ходит.

— Понятно. А медведь в коридоре чей?

— Анечки. Она младшая.

— А почему ты сегодня не на курсах?

— Так занятий нет.

Занятий нет, а одежда все-таки не домашняя. Опалин смерил Надю взглядом.

Она нравилась ему, но он чувствовал в ней напряженность, как у человека, который не хочет сказать лишнее, боится проговориться.

— Давай вернемся к третьему февраля, — попросил он. — Ты ведь не весь день была на курсах?

— Нет. Потом я на катке каталась, а вечером в кино пошла.

— Да? И какая фильма шла?

В те годы слово ""фильм"" употреблялось в женском роде.

— ""Цирк Поммера"" с Мацистом. Видел?

— Нет еще. У меня… у меня работы много.

— Ты сходи, — посоветовала Надя, с сочувствием глядя на него.