Иван Опалин

Но кирпич — так себе кирпич, честно скажу.

— Вы там покупали?

— Не я, а муж мой покойный, — скрипел голос из-за ширмы, — мы эту комнату выгораживали, соседи на нас волком смотрели, но ничего, пришлось им потесниться. А то у них чуть ли не 40 аршин квадратных, буржуи паршивые, а у нас чуланчик без окна. Но нашли на них управу, не сразу, но нашли.

Увлекшись, она принялась живописать свое сражение с соседями, но Опалин уже не слушал ее. Значит, трактир у Сухаревой башни — отчасти бывший магазин ""Арка"", где обретается Ярцев, который может кое-что подсказать насчет Стрелка.

И там же работает Наташа. Опалин воспрял духом. Судьба определенно подавала ему знак: занимаясь совершенно другим делом, он неожиданно узнал то, что ему было нужно. ""Ну, теперь я точно не отступлюсь… Бывший магазин! Может, Стрелок с ним как-то связан? Эх, Генрих, как жаль, что ты ничего толком не сказал…""

— А чем ты там занимаешься, у Кутепова-то? — спросил Опалин у девушки.

— Посудомойка я.

— А сегодня что не на работе?

— Сегодня я с шести вечера и до закрытия.

— И много туда народу заходит?"

"— Конечно. Савву Борисыча все знают. У него даже оркестр в одном зале играет.

И бильярдная есть.

Значит, приличное заведение, не какой-нибудь притон. ""Ну это мы еще посмотрим"", — решил Опалин про себя.

— И когда ты на работу у него вышла?

— Да вот с начала месяца. Первого числа с вечера, потом с утра до шести, потом опять с вечера. С утра хорошо, посетителей мало. Вечером тяжелее.

— Так, так. И до скольких ты на работе, если вечером?

— До двух ночи, а то и дольше. Посуду-то мыть надо сразу, до утра не оставлять. Если разобьешь что-нибудь, вычтут из зарплаты.

— В профсоюз тебе надо, — посоветовал Опалин.

— Еще чего! — гавкнула тетка из-за ширмы.

— Из профсоюза Савва Борисыч не берет. Для профсоюзных, говорит, у нас местов нету.

— Но если ты не в профсоюзе, как же ты защитишь свои права? — втолковывал Опалин своей собеседнице.

— Да какие права? — пожала плечами Наташа. — Главное, чтоб платили вовремя да не слишком забижали. Савва Борисыч хоть мущина сурьезный, под юбку не лезет, не то что разные… образованные которые…

— А он что же, один со всем управляется? Ты же говорила, трактир у него большой.

— Почему один? Помогают ему.

— Кто помогает? Жена?

— Нет, жена там не появляется, а вот братец ее помогает. Ярцев его фамилия. За порядком следит, если буянит кто — он мигнет, их и выведут сразу.

— Ярцев, Ярцев, — задумчиво пробормотал Опалин, делая вид, что припоминает, — был у меня знакомый когда-то с такой фамилией. Он что, молодой?

— Сидор Михалыч-то? Не, не молодой он. Но и не старый, — добавила Наташа, подумав.

— Что же, лет 30 ему?

— Да все сорок, наверное.

— Маленький такой брюнет? Нет?

— Не, не брюнет, посветлее он.