Иван Опалин

Он говорил, не хвастаясь, а словно констатируя общеизвестный факт. Опалин поймал себя на том, что сидящий на диване человек ставит его в тупик. Франт, но без заносчивости, способен отмычкой открыть дверь, но не уголовник. Иван никак не мог раскусить, кем он был на самом деле, откуда происходил, и положил себе обязательно прояснить этот вопрос.

— А ты много зарабатываешь? — спросил Опалин.

— Мне хватает.

В интонации ни тени насмешки, только на самом дне светло-серых глаз что-то блеснуло, как лезвие кинжала. И хотя Иван был еще очень молод, он сообразил, что человек этот — крепкий орешек и что просто так к нему не подступиться.

— Слушай, — начал Опалин, — я совсем забыл тебя поблагодарить…

— За что? Ты же и так с гранатой пришел.

— Ну, я… да. На всякий случай…

Авилов поглядел на него и засмеялся.

— Ладно, давай о деле, — сказал игрок. — Я не знаю, как скоро мне удастся что-то узнать. Но как только, так сразу. Оставь мне свой телефон."

"Опалин стал путано объяснять, что он сейчас не на работе и дома он не всегда, потому что… Но под взглядом игрока понял, что все эти объяснения совершенно лишние, и стал искать, на чем писать.

Разумеется, ничего такого под рукой не оказалось, и тогда он оторвал клочок от газеты и сбоку от рекламы фабрики ""Красное веретено"" имени Демьяна Бедного нацарапал два номера: домашний и рабочий.

— Надо нам придумать какое-то условное сообщение, если к телефону подойдет другой, — сказал Авилов, бережно укладывая этот жалкий клочок в золотой портсигар. — Вот что: я скажу, что звонят… — он поглядел на рекламу, — от Бедного[89].

— Я с ним не знаком, — сказал Опалин.

— Это неважно. Услышишь, что тебя искали от Бедного, — значит, от меня.

— И что мне тогда делать?

— Перезвони по телефону 4–33–60. Это мой номер.

— А если у тебя соседи к телефону подойдут? Что я им скажу?

Авилов усмехнулся и поднялся с дивана.

— Никто не подойдет. У меня отдельная квартира.

— Счастливый ты человек! — не удержался Иван. Сам он об отдельной квартире мог только мечтать.

Игрок пристально поглядел ему в лицо, словно подозревая, что собеседник хотел каким-то образом его задеть, но понял, что тот выразился без всякой задней мысли, и стал одеваться.

— На всякий случай напоминаю тебе, — негромко проговорил Авилов, натягивая щегольские заграничные перчатки. — Нигде мое имя не упоминать, никак и ни при ком. Ясно? Иначе нашему сотрудничеству конец.

— Ясно, — кивнул Опалин. — Проводить тебя до остановки?

— Я на моторе, — коротко ответил игрок. (Это означало на автомобиле.)

— А, ну… Хорошо.

Иван проводил своего гостя до выхода из квартиры и затворил за ним дверь.