Ложь напрокат

Едва за ними закрылась дверь, как я мигом оделась и уже готова была выскочить в коридор, как услышала громкие голоса. Один был Наташкин, второй – Димкин. Муж что-то забыл. Пришлось спешно нырнуть под одеяло прямо в куртке и кроссовках.

– Это я! – донеслось из прихожей. «Кто бы сомневался!» – Забыли ключ от дачи.

Я что-то промычала про удивительную несобранность, создающую кучу проблем. И зря. Димка, остановившись на пороге комнаты, устроил импровизированное утро воспоминаний моих почти ежедневных ляпов. Я не на шутку обиделась. Муж подошел мириться и… Я поняла, что допустила самый крупный из мелких промахов."

"– Да у тебя испарина! – воскликнул он, коснувшись губами моего лба.

Полежал бы сам в свитере, куртке, теплых колготках, шерстяных брюках и кроссовках на ногах под одеялом…

– Болезнь выходит, – громко сказала подруга, вовремя прервав момент прощания. – Зашла узнать, не надо ли чего в магазине. Ты иди, Димочка, иди, не волнуйся, мы сами справимся.

Димка неуверенно потоптался на месте, взглянул на меня с сожалением и наконец покинул помещение. Но, как выяснилось, не совсем. Входная дверь опять приоткрылась, и муж попросил меня все-таки включить телефон. Хорошо, что это было с порога, поскольку я уже вскочила с кровати.

– Включим! – успокоила его подруга. Дверь тихонько закрылась. – Да пусть себе звонит в наше отсутствие. Жалко, что ли. А Димке, если что, скажем, что включили и опять выключили. Имеешь ты, в конце концов, право спокойно подремать… двадцать четыре часа в сутки!

Наташка приняла решение ехать на своей «Ставриде». Сложность была только в том, что на ней же собирался ехать Борис. На дачу. Вместе с Денькой. Лешик уехал туда еще вчера. Наташка сослалась на рабочий субботник и обещала воссоединиться с семьей позже, прибыв электричкой. Муж удивился, но попросил сообщить о времени прибытия на станцию. Дабы встретить.

На повороте с Кольцевой дороги в Бутово подруга позвонила Борису и сообщила, что она в травмпункте. Вместе с машиной. Он не понял и встревоженно поинтересовался, вызвала ли она ГАИ. Подруга опешила и спросила: зачем? Препирались они долго – долларов на пять. Пока Наташка не заорала: «Помолчи!!!» – и начала объяснять сначала. Все, что успела придумать: какая-то Полина из нашего дома, которую Борис не знает и знать ему ни к чему, то ли подвернула, то ли сломала ногу рядом с нашим подъездом. И попросила протянуть руку помощи. Она протянула и теперь сидит и ждет, когда до Полины дойдет длинная очередь в травмпункте. Рядом плачут маленькие дети Полины. Так что Борис пусть сидит и ждет возращения машины. Как только, так сразу…

Наташка врала убедительно, мне даже послышался плач маленьких детей Полины.

– А он ее точно не знает? – с сомнением поинтересовалась я.