Ложь напрокат

Торопливо оглянулась и, убедившись, что брат далеко, тихо пояснила:

– Понимаете, ему несколько раз привиделась Танюша. Один раз из окна видел, еще до похорон. Второй – вчера. Тоже недалеко от дома. Прямо мистика какая-то. – Носовой платочек нервно переходил из одной руки Маши в другую. – Честно говоря, я даже боюсь ночевать в его квартире. Родители попросили пока с ним пожить…

– Глюки! – уверенно произнесла Наташка, махнув букетом. – На сороковой день все как рукой снимет.

– Уверяю вас, – внесла я свою лепту, – Танюша чувствует себя сейчас гораздо лучше, чем Сергей и вы сами. Не надо заставлять ее нервничать… на том свете, – быстро добавила я, заметив испуганный взгляд Маши.

– А вы уверены, что похоронили именно Татьяну? – Вопрос подруги окончательно сразил бедную женщину, поскольку ответ был несколько странный:

– Вы про живую или мертвую?

Наташка, по-моему, окончательно сбитая с толку, ограничилась протяжным: «Ну-у-у-у…» Но Машу это не смутило. Все так же торопясь и оглядываясь, она забормотала:

– В гробу точно лежала, как живая. Посмертный макияж, наверное. Лицо лишь чуточку изменилось. Носик стал такой остренький, а так… Я только по рукам поняла. Вот они были совершенно неживые – морщинистые какие-то и ногти синие… Господи, какой ужас! Она же была беременна! – Маша закусила губу и прикрыла глаза.

Я невольно схватилась за Наташку. Порывом страха и удивления подругу как раз качнуло в мою сторону.

– Держите, – коротко бросил Сергей, протянув Наталье полную банку воды.

Подруга осторожно слила излишек и вернула георгины на место. Все немного помолчали, глядя на фотографию покойной. Я лихорадочно обдумывала ситуацию…

– Ну что, теперь к двоюродному дедушке? – решительно пресекла мои раздумья Наташка.

Я криво улыбнулась.

– И нам тоже пора, – ласково сказала Машенька и решительно взяла брата под руку.

Он аккуратно высвободился, нагнулся к фотографии, и я услышала надрывный стон:

– Пока жив, буду просить у тебя прощения!

Потом послышались сдержанные рыдания. Маша, затравленно взглянув на нас, ухватила брата под руку и повела его, совершенно переставшего сопротивляться, – к выходу. Наташка медленно вытирала платком мокрые руки, время от времени бросая косые взгляды на опять покривившуюся фотографию. Я сосредоточенно следила за действиями подруги.

– Ты уверена, что мы не сошли с ума? – деловито спросила она.

– Зачем? – удивилась я.

– Не зачем, а почему, – поправила Наташка. – Потому что нам кажется, что Татьяна жива. Знаешь, эффект, как от фокусов Копперфилда или… таможни.

– О чем ты?

– Все о том же. Есть такая байка: Дэвид Копперфилд во время своего визита в Питер решил удивить наших таможенников. Увидел пролетающий мимо самолет, сделал пасс – самолет исчез. Как не бывало.