Князь. Война магов
Тяжкая ноша – знать будущее. В далеком XVI веке из всех смертных только Андрею Звереву, князю Сакульскому по праву рождения, известно, что через тридцать лет армия Казанского ханства принесет гибель Великой Руси. Поэтому именно сейчас, пока в Казани куда больше друзей России, нежели врагов, нужно воссоединить оба государства. Однако против пришельца из XXI века будто ополчается весь мир: европейские страны не желают усиления Руси, могучая Османская империя боится потерять вассала на Волге, государь стремится избежать лишней крови. Андрею приходится столкнуться и с хитростью, и с обманом, с царской опалой и колдовством чародеев, многократно превосходящих его силой, с целыми армиями и изменой. Однако князь знает: если он отступит, его Родина перестанет существовать.
Вместе с выздоровевшими ранее и уцелевшими под Казанью, под рукой князя Сакульского оказалось даже не полста, а шестьдесят холопов – хоть сейчас к корельскому воеводе на смотр выводи. Работники с корабельной верфи поделились прибытком, изрядно упрочив княжескую казну, житель хутора Ярви на берегу озера навострился заводить под лед ставни и теперь регулярно привозил оброк отборными судаками, сазанами и форелью.
Однако после того, как селяне отгуляли Рождество, покой уже не радовал, а начал досаждать привыкшему к бурной жизни князю. Скукота вызывала в нем нутряную боль, которая подталкивала затеять какую-нибудь глупость. Или на крайний случай – сотворить что-нибудь хорошее.
– Поля, скажи, тебе нравится Москва? – как-то вечером, в день Васильевой коляды[74] спросил он баловавшуюся с бисером супругу.
– Вестимо, нравится, – тут же согласилась княгиня. – Токмо я была там лишь раз, малой девочкой. Не помню ничего.
– Как же тебе нравится, коли не помнишь? – рассмеялся Андрей.
– Так ведь стольный город. Про него многие мне сказывали. Купола золотые, стены каменные, дворцы красные. Краше нигде во всей Руси нет.
– Не помню, я тебе сказывал, что один из этих дворцов – твой?
– Как мой? – От неожиданности женщина едва не рассыпала бисер, которым вышивала кожаный кошелек. – Не помню я такого совсем.
– Правда? – настала очередь удивиться Звереву. – Государь его тебе еще позапрошлым летом пожаловал.
– Мне? За что?
– За мои заслуги, – скромно сообщил Андрей. – Жена ты мне или нет? Значит, все мое – оно и твое.
– А он… – неуверенно царапнула иголкой по кошельку княгиня. – Он большой?
– Государь?
– Дворец! – недовольно фыркнула жена.
– Как тебе сказать… – Зверев развел руки в стороны, потом вверх-вниз, чуть покрутился и махнул рукой: – Рази объяснишь? Коли интересно – собираться надобно да ехать смотреть.
– В Москву?! – Княгиня-матушка взвизгнула, как девчонка, и кинулась к нему на шею.
– А чего тут сидеть среди сугробов? – Крепко прижав женщину к себе, Зверев крутанулся с нею вокруг своей оси. – Только имей в виду, что там нет ни девок, ни кухарок, ни ключниц, ни… В общем, только стены да старый ярыга у ворот.
– Так это же хорошо! – захлопала в ладоши Полина. – Мы его так обставим, как самим хочется! Не люблю старушечьего барахла и допотопных расцветок. Будет настоящий княжеский дворец, столичный. А девок… – Она стрельнула на мужа глазами. – Девок я лучше своих захвачу.
– Только давай к отцу заедем, повидаемся. Все равно по дороге.
Собралась Полинушка быстро, всего за неделю. С собой ведь ничего брать было не нужно: ни мебели, ни иной утвари, ни тканей для обивок и занавесей в заброшенном на край света княжестве все равно не имелось. Все это предполагалось купить в Москве.











