Магнатъ
Мало закатить камень на вершину горы. Нужно еще постараться, чтобы твой труд не пропал даром! Наш современник, волей случая сменивший век двадцать первый на девятнадцатый и ставший молодым, родовитым и… практически нищим князем, вдобавок последним в своем роду, окончательно принял новое имя и жизнь. Начав все с чистого листа, всего за семь лет достиг вершин общества, признания и успеха. Удача сопутствует князю Агреневу, но будет ли так всегда?.. Покатится ли его «камешек» легко по склону, побуждая к движению сначала камешки поменьше, а затем и большие валуны, и превратится ли его бег в неудержимую лавину? Или он остановится перед непреодолимым препятствием и станет еще одним памятником тщетности сует?
– Отличная работа, Валентин Иванович, просто отличная! Теперь что касается ваших дальнейших действий…
Глава 8
– Господа!
Подпоручик лейб-гвардии Преображенского полка Немечиков тут же бросил делать вид, что его волнуют виды окрестной природы, подойдя к дуэльному распорядителю одновременно со своим противником, затянутым в мундир лейб-гвардии Измайловского. Обменялся с ним совершенно нечитаемым взглядом и приготовился слушать.
– Господа. Вам известны условия дуэли, вы их одобрили и подписали. Я напоминаю вам, что, как только у вас в руках окажутся пистолеты, ваша честь обязывает вас не делать никаких движений до моей команды.
Не дожидаясь лишних напоминаний, князь Агренев открыл шкатулку с дуэльной парой.
– Согласно жребию, право выбора – за вами, подпоручик."
"Максимилиан фон Витт не задумываясь подхватил изящный дульнозарядный пистолет. Тут же согнул руку, направив дуло строго вверх, немного изменил положение ладони на изогнутой рукояти и чуть-чуть побледнел.
– Господа!
Дуэлянты моментально изменили стойки, подставляя под чужой выстрел только один бок, и синхронно вытянули пистолеты вперед, ловя дульным срезом близкую фигуру противника.
– Начали!
Долгие, удивительно тягучие секунды тишины…
Пфах! Пфах!
Князь мимоходом отметил, как метрах в двух от его доверителя появился и опал едва заметный фонтанчик рыхлой земли, и перевел взгляд на подпоручика-«преображенца». Та же самая картина, что и в первом случае: дуэлянт спокойно стоит среди сизых клубов сгоревшего пороха, невредимый и с дымящимся пистолетом в руке. И не просто стоит, а пытается убрать со своего лица явственное облегчение – их давняя дружба оказалась крепче мимолетной ссоры!.
– Александр Яковлевич?
– Думаю, все необходимые приличия соблюдены.
Граф Татищев довольно покивал, оставив в покое шашку, а доктор незаметно выдохнул – сегодня его услуги не пригодились, что одновременно и радовало его как человека, и печалило с точки зрения добывания «хлеба насущного». Впрочем, печаль та была очень мимолетной, ибо беспокойный нрав гвардейской молодежи сам по себе служил лучшей гарантией стабильного заработка.
– Господа, прошу подойти.





