Мальчики да девочки
Новая книга Елена Колиной – настоящий подарок для тех, кто когда-то зачитывался «Унесенными ветром». Метания одинокой души, которая страстно хочет не просто выжить в «окаянные дни», но и обязательно стать Счастливой, трогают настолько, что перехватывает дыхание.Прелестная княжна, вырванная из мирка бонн и гувернанток, попадает в чужую семью, с иными традициями и ценностями. Каждый день – опасности и открытия, радости и потери. Но острый ум, обаяние, способность быть и безоглядно преданной, и крайне эгоистичной не дают сорваться в пропасть.«Если человек утверждает, что не гонится за славой, за гениями, счастьем и богатством, то это не означает, что он досадливо машет рукой, когда все эти вожделенные вещи проносится мимо... Скорее, они не так уж часто встречаются на его пути…»
Только усталый достоин молиться богам, только влюбленный – ступать по весенним лугам! На небе звезды, и тихая грусть на земле, тихое «пусть» прозвучало и тает во мгле[13], – мечтательно произнесла Лиля и вдруг трагическим голосом добавила: – Ася, я СЛИШКОМ ХУДАЯ!
– Я так волнуюсь, что у меня тоже как будто бабочки в животе летают, – пропела Ася. – Вдруг он попросит меня выйти и прочитать перед всеми? Тогда ты лучше сразу меня убей... Можно я тебе сейчас почитаю?
Вот так всегда: Лиля про любовь, Ася про стихи...
– Конечно да, – обреченно сказала Лиля. – Хотя... лучше я послушаю вместе со всеми, это будет особенное ощущение – слушать твои стихи вместе со всеми, понимаешь?
Лиля хитрила: она много раз слышала Асины стихи и еще не успела по ним соскучиться.
"У Лили были переводы, частные уроки, Лиля была вольная птичка, а Ася служивая птичка. Ася служила в учреждении Главторф... что-то вроде Союза коммуны Северной области... или нет, Северо-Западного Совнархоза... она никак не могла запомнить. В этом учреждении Ася печатала на машинке двумя пальцами и здоровалась с посетителями. Она все путала, перепечатывала одно и то же по нескольку раз, задумывалась и была совсем не похожа на совбарышню, а была похожа на девицу под окном с плывущими глазами.
У Лили было много интересов, а у Аси – поэзия и только поэзия. Вечерами Ася писала стихи, а Лиля ходила на Дворцовую набережную – в театральную студию, где ей ставили голос, на лекции все равно о чем, например о китайской литературе, на кинокурсы, где обсуждали Веру Холодную, Ивана Мозжухина, и на ритмическую гимнастику, где она лучше всех делала кувырок через голову. Все как-нибудь может пригодиться, например, на ритмической гимнастике Лиля приобрела умение на бегу поджать ногу и, не ушибившись, упасть навзничь.
Наслушавшись лекций, поставив голос, покувыркавшись через голову, Лиля возвращалась домой, и Ася читала ей свое новое стихотворение.
Ася охотно читала свои стихи всем желающим слушать, но только дома, а чужим стеснялась показать. Если бы не Лиля, она так бы и сидела под окном с плывущими глазами, но Лиля, действуя попеременно угрозами и лаской, уговорила ее попробовать поступить в поэтическую студию.
Поэтическую студию вел знаменитый поэт, кумир.
– Я умру, как только увижу его, – вздохнула Ася. «Он» был руководитель студии, знаменитый поэт, кумир.
















