Малышка со шрамами

Рывком прижимается ко мне, и врывается в рот горячим, упругим языком, сплетаясь с моим, оглаживая его с жадность и жаждой. Кусает, позволяя кусать себя в ответ, и совсем не обращает внимания на то, как дергано я хватаюсь за ткань его одежды, ища что-то, за что можно зацепится и остановить это головокружение.

Ненавижу. Всем сердцем тебя ненавижу.

Кончиками пальцев брожу по его лицу, шее, запуская их в ворот, жадно хватаю воздух, не скрывая тяжело дыхания, пока мужчина позволяет делать короткие вдохи между попытками трахнуть мой рот своим языком. Грубо, напористо, захватывая территорию.

Я помешана на нем!

Он моя зависимость, поработившая меня похлеще чем зеленый дым укурённого наркомана. Меня не отпускает никогда, у меня нет минут трезвости, спустя столько лет воздержания и я не смогу остановится сейчас, прерваться, даже если умру от нехватки воздуха и разрыва сердца.

Ненавижу.

С новой силой впиваюсь в его рот, показывая, что не боюсь, только жажду, проваливаясь в эфемерное пространство в котором все пропахло моим желанием.

Рычит. Давит бедрами к столу, который острым углом вжимается в поясницу, но мне не до мыслей о боли, я все растворилась в его руках, срывающих шнуровку корсета, в его губах, оторвавшихся от моего лица и спустившихся к белой коже груди, высвобожденной из плена лишней ткани. Все рядом с ним лишнее. Хочу только близости.

Не успеваю потянуться к его одежде, как он рывком заворачивает мои руки, прижимая их над головой, и бросается на темные горошинки сосков, так призывно торчавших вверх, порочно выглядывая из-под растерзанной ткани, небрежно отброшенной в стороны.

Словно горячие угли.

Он вбирает их в рот, чуть прикусывает, оцарапывая кожу жесткой щетиной, посасывает, вынуждая меня сжать бедра, чтобы хоть как то сбавить напряжение внизу, ощущая, как влажная ткань прилипла к нежной коже промежности.

Он поднимает голову и делает глубокий вдох, заставляя прикусить губу от  потаенного страха, что он все же это сделает.

- Анна…

«Только не говори!»

Глава 9

- Анна… – Выдыхает он мое имя и поднимает пьяные глаза, зелень которых сравнима только с бездной, на дне которой я вижу свое отражение.

Он опускается и утыкается лбом в мою грудь, успокаивая дыхание.

- Я же просила не говорить….

Он поднимает голову и через секунду удивление заменяет ухмылка."

"Он резко убирает руки и отходит, и я едва не скатываюсь на пол, в последний момент, сумев удержаться, хватаясь за крышку стола. Корсет распущен, один чулок висит на голенище сапога, волосы, я уверена, взъерошены и помяты.

Я пытаюсь придержать ткань, закрывая грудь, но мужчина перехватывает мои руки и разводит их в стороны.

- Нет.