Малышка со шрамами

И все! Больше никаких действий, приказов, просто стоит и смотрит на мои голые груди, соски на которой все еще поблескивают влагой после горячих поцелуев. Как мне хотелось верить в то, что это от тоски….

- Сними все.

Я сощуриваю глаза, но он не замечает, только отпускает руки, понимая, что я не сопротивляюсь, и отходит назад, опускаясь в кресло. Он расслабленно закидывает ногу на ногу, но я вижу, как вздыблена ткань в паху, показывая возбуждение мужчины, и как напряжены его плечи, о которые сейчас, кажется, можно спокойно ломать доски.

Смотрю за его реакцией, медленно притягивая ладони к себе, плавно, словно танцуя, тянусь к шнурку на юбке, и не торопясь вытягиваю в сторону, распуская последнюю преграду. Лорд смотрит не отрываясь, стараясь держать ровное спокойное лицо, но я вижу, как трепещут крылья его носа, выдавая тяжелое дыхание.

Ткань с шумом падает к ногам, и я остаюсь в слишком откровенном виде перед ним. Остатки корсета отправляться следом, как и оставшаяся лямка, держащая чулок. Только пояс и тонкая ткань насквозь промокшего белья, от которого мне не терпится избавиться. Разыгрываю замешательство и слышу этот приказной тон:

- Все. Сними все.

Я разыгрываю неловкость, стеснение, но мысленно сгораю от нетерпения показать ему себя, полностью, да, так откровенно и честно, не пряча лицо за темными локонами. Он отравил меня, и я настроена мстить. Я задушу его. Даа, я задушу его своей любовью.

Щелчок и пояс падает к вороху одежды под ногами. Я намеренно медленно вышагиваю из сапожка, выставляя теперь уже босую ногу на каменный пол, и прикусываю губу от удовлетворения его возмущенного взгляда.

Ты сказал «все».

Вторая следует сразу за ней, и в пару шагов я преодолеваю расстояние между нами, ловко оказываюсь на его коленях, прижимаясь бедрами к паху.

Мне не терпится прижаться к нему как можно сильнее, но я медлю, позволяя рассмотреть себя внимательнее, следя за реакцией, которая не заставляет себя ждать. Лорд запускает пальцы в мои волосы на затылке и оттягивает их назад, заставляя откинуть голову и сильнее выгнуться к нему навстречу, чтобы вернуться к тому, на чем все закончилось.

- Анна… - Он вновь обдает меня жаром моего имени и набрасывается на темную вершинку, жадно сбирая их в рот, свободной рукой захватывая другую, прокатывая ее между пальцами.

Я так умру от переполняющих меня чувств!....

Его поцелуи как печати. Он клеймит, обозначая владения, шаря пальцами по обнаженной коже, заставляя кровь в венах сворачиваться от нетерпения. Я изо всех сил стараюсь усидеть на месте, но невольно, инстинктивно трусь о твердую плоть укрытую тканью плотных кожаных брюк.