Марь

Веди себя так, будто бы ничего не случилось… И ни слова никому!

…Шли дни, а беглецы, казалось, и не думали покидать лагерь. Но это было до поры до времени. Как только они чуток окрепли – тут же загоношились. Не дай бог, прокурорские или же милиция нагрянет… Впрочем, военные начальники – тоже не подарок. Спросят, кто такие, откуда… И что тогда?.. Значит, надо бежать. Взять Алгиса с собой и бежать. У того автомат, а это сила. С автоматом они могут весь этот отряд поставить на уши.

А однажды случилось то, чего больше всего боялся Грачевский…"

"Гиви тогда даже не понял, как это все произошло.

Глядит и глазам своим не верит. На бревнышке, что лежало возле кучи дров, приготовленных для полевой кухни, сидел Аноха и о чем-то негромко толковал с беглецами. Тут же крутились и его дружки.

Вай! Кто позволил им выйти с «кичи»?! – не на шутку испугался парень. Ведь старшина ясно сказал: не выпускать! Параша есть, жратву приносят – не помрут. Что до прогулки, то на нее они выходили только ночью. А тут на тебе…

Оказывается, у часового, что охранял арестованных, прихватило живот, и он убежал в кусты.

Этим и воспользовались арестованные.

Гиви было собрался искать Грачевского, да вспомнил, что он еще утром ушел с охотниками проверять силки. Сержантов тоже не было видно. Скорее всего, и они ушли со своими людьми в тайгу.

– Эй! А ну не суйте свой нос, куда не следует! – заметив возле полевой кухни Гузю с Шепелявым, кричит им Рацба. Но что им этот кавказец! Открыли котел с варевом и шарят в нем половником в поисках кабарожьих косточек.

– Аноха, глянь, что у них тут… Мясо! А нам, суки, ни разу его не дали, – возмущенно произнес Шепелявый.

– Потому что не положено… – пытаясь держать себя в руках, буркнул Гиви. – Мясо только для больных.

– А мы кто? – зачерпнув половником варева и попробовав его на вкус, ухмыльнулся Гузя. – У нас души больные, понял, вахлак?

У вас мозги больные, а не души, хотел сказать Рацба, но промолчал. Ну куда он один против этих волков? А помощнички его, как назло, куда-то запропастились. Да и что толку с них? Ведь на кухню обычно посылают самых дохлых – вот и он мучается с такими каждый день.

Они и дров-то как следует нарубить не могут, так что приходится большую часть работы выполнять самому.

– Эй, Шепелявый, вы там шибко не увлекайтесь! Мы ведь тоже жрать хотим. Давай все, что есть, на стол! – велит Аноха. – Эх, жаль, водочки нету, а то бы выпили за знакомство, – обращается он к беглецам. – Но ничего, мы это дело наверстаем, правильно я говорю?

– Наверстаем, – кивает ему Грек, садясь за большой обеденный стол, который бойцы первым делом смастерили, как только попали в эту глушь.