Мать-и-мачеха (СИ)

А еще он не мог не обратить внимания на подозрительную молчаливость Марьи. То, как она украдкой вздыхает и опускает взгляд. Ее определенно что-то терзало."

"— Дела сердечные? — спросил Семен Петрович, мягко улыбаясь.

— Что, простите?.. — Марья приложила ладони к внезапно вспыхнувшим щекам. — О чем это вы?

— О тебе, душенька. Несмотря на солидный возраст, я отлично помню, как выглядят влюбленные женщины. Влюбленные и глубоко несчастные. Твой «принц» не отвечает взаимностью?

Отпираться было глупо. Семен Петрович так тонко чувствовал настроение Марьи, что наверняка понял бы, соври она о своем состоянии.

— Кажется, именно так.

Марья отвела взгляд.

— Не могу представить того глупца, который откажется от такой умницы и красавицы, как ты, Марья. Кто хоть такой, скажешь? Я с ним знаком?

Щеки Марьи запылали ярче.

Семен Петрович как никто знал собственного сына. Но Марья скорее проглотила бы собственный язык, чем призналась, в кого влюблена. Она до сих пор испытывала стыд. И пусть не пыталась увести Владимира у Пэтси, в мыслях всегда была с ним. Ничто: ни работа, ни развлечения не могли заставить ее забыться. Как заевшая пластинка, в ее сознании постоянно играла одна и та же мелодия. Мелодия любви и разлуки.

— Простите, мне не хочется говорить об этом.

Семен Петрович понимающе кивнул и сменил тему разговора. Однако когда мимолетом упомянул о своем сыне, заметил, как Марья затаила дыхание. Неужели? Выходит, она…

— Как поживает Владимир? — все же решилась спросить Марья.

Хотела добавить «почему он не приехал», но замолчала на полуслове.

Семен Петрович сам все понял. Ох, как же он был зол на сына за то, что тот вовремя не избавился от этой Пэтси. Говорил же ему, что эта дамочка всю жизнь испортит. И Владимиру, и Глафире.

Марья — другое дело. О такой невестке Семен Петрович мог только мечтать. Больше того, принимая ее на работу, он надеялся, что сын обратит внимание на достойную женщину. Так и вышло. Но появление Пэтси,да еще и объявление о скорой свадьбе спутало все планы. Семену Петровичу впервой было примерять на себя роль сводницы, и он считал, что справился не лучшим образом. Так хотел бы что-то поменять, но как?..

— Он срочно уехал из города, — нахмурившись,признался Семен Петрович. Умолчал о том, кто и куда его вызвал. — Если бы Володя был дома, то непременно приехал вместе с нами. В следующий раз обязательно явится лично. Я уверен. Если ты, Марья, конечно же, пригласишь нас еще раз.

— С радостью, — улыбнулась она.

Ее разговор с Семеном Петровичем вернулся в прежнее безопасное русло. О работе Марья могла разговаривать долго и охотно. В отличие от собственных чувств, тут у нее все было под контролем.

Павла и Глаша, оставшись наедине, все никак не могли наговориться. Они болтали и болтали,смеясь и перебивая друг друга.