Медвежья кровь

С глухими шлепками бедрами о ягодицы.

С хриплым дыханием каждого из нас."

"В какой-то момент боль стала сильнее. Она вспыхивала где-то глубоко внутри, на пике его движений, но не разрасталась и не давала мне повода для паники лишь потому, что медведь продолжал ласкать меня пальцами, отыскав ту чувствительную трепетную точку, от которой кровь начинала искрить.

Я хрипло выдохнула, когда он вонзился в меня сзади, замерев и буквально насаживая на себя так, что приподнял над полом, с глухим протяжным стоном, но и это был не конец.

— Теперь ты, девочка, — прошептал медведь, наваливаясь сильнее и надавливая на эту самую точку во мне так мягко и трением кончиками пальцев, что я ощутила, как буря, поднятая его прикосновениями, что кружила голову, достигла своего апогея, и словно каждое дрожащее нервное окончание лопнуло миллионами ослепительных звезд.

Ничего подобного я никогда не испытывала, вскрикнув громко и, пожалуй, удивленно, забившись в его руках и слыша, как медведь удовлетворенно замурчал, целуя меня в затылок.

— Умница, Иля.

— У нас все получилось, правда? — прошептала я, улыбаясь так широко, как только могла, и приваливаясь спиной к его влажной обнаженной груди, потому что ноги дрожали так сильно, что я бы точно сползла на пол без его поддержки.

— Правда.

Медведь тоже улыбался. Я знала это. Чувствовала его губы на собственной коже и понимала, что сейчас я счастлива. От всей души. По-настоящему.

Потому что теперь я — жена хищника с медвежьей кровью!

10 глава

— Сначала мыться, потом все остальное! — скомандовал медведь, подхватывая меня на руки обнаженной и даже не пытаясь прикрыться самому, когда просто пинком открыл дверь, и пошагал в баню, не обращая внимания на мой визг и хохот.

— Но мне правда не сильно больно!

— К вечеру будет хуже, — на полном серьезе отозвался он, а я смущенно притихла, потому что понимала, что в баню мы шли ровно потому, что, как бы я ни зажимала ноги, из меня кое-что вытекало.

Было странно, неловко, но так приятно, что медведь заботился обо мне. К этому тоже нужно было привыкнуть, но я знала уже сейчас, что это будет довольно легко.

К счастью, баня с ночи еще не успела остыть настолько, чтобы я окоченела в ней. Сложнее было не убирать руки медведя от себя, постоянно порываясь вымыться самой без его помощи. Но он раз за разом убирал мои ладони, заставляя просто сидеть и дать ему позаботиться о себе.

— Учись доверять мне, Иля, — бурчал медведь хоть и грозно, но целовал в кончик губ, давая понять, что это важно для него, а я только скромно улыбалась и подчинялась, делая это с большим удовольствием.