Меня зовут Корокотта

У меня появилось подозрение, что это не муж промотал ее приданое, а всё было наоборот, поэтому бедолага и выбрал такой экзотический способ самоубийства."

"Город в это время пустел. Улицы превращались в прямо таки кадры из постапокалипсиса. По брусчатым мостовым бродили только собаки, кошки, свиньи. Изредка какая-нибудь отбитая крыса шустро перебегала с одной стороны на другую. В амфитеатр все не могли влезть. Может быть, стояли возле него и слушали на халяву, домысливая происходящее на арене. Мне, пожившему в те времена, когда зрелищ на любой вкус будет на порядки больше, чем желающих смотреть, так же трудно понять римлян, как им — мое нежелание смотреть избиение животных.

Вернувшись с представления, Флавия до отбоя делилась впечатлениями. С хронометражем у нее проблемы, зато помнила все мельчайшие подробности, включая, кто из людей был во что одет и какой масти было животное, какие звуки издавало, умирая. Последнее заводило ее больше всего. Начало ночи мы, на радость соседям, провели бурно. Кто-то из нас двоих был гладиатором, а кто-то — не буду показывать пальцем — бедным животным.

Утром, собираясь к родителям, чтобы вместе с ними отправиться в амфитеатр, Флавия предупредила:

— Папа и мама решили поставить на тебя тысячу сестерциев.

В прошлый раз расщедрились всего на сотню и выиграли восемнадцать. Судя по сегодняшней ставке, халява прижилась. Если проиграю, лучше мне умереть на арене.

День был холодный, ветреный. Почти все приоделись в плащи: кто в лацерну длиной до колена и часто с рукавами, застегивающуюся фибулой на плече или груди и имевшую пришитый или пристегнутый капюшон, кто в пенулу — местный вариант пончо, кто в пукуль — короткую, до середины спины, накидку с капюшоном.

До амфитеатра я тоже добирался в кожаной куртке, сшитой по моему заказу. Мне пришлось долго объяснять мастеру-римлянину, что именно надо изготовить, потому что он имел смутное представление о таком типе варварской одежды. До арены ветер не добирался, поэтому сражаться я решил обнаженным по пояс. Соперникам передал через Луция Дуилия, что могут надеть туники, но перед выходом их проверят, чтобы не было сюрпризов.

Представление началось с шествия гладиаторов. Возглавлял его я, как, так сказать, самый рейтинговый гладиатор, бой которого будет финальным.

Следом шли коллеги из лудуса Луция Дуилия, как распорядителя игр, а за ними — из других. Гладиаторы Карфагенянина замыкали шествие. Это был выбор их мунерария, который решил, что в Риме лучше быть первыми сзади, чем вторыми спереди. В знании психологии сограждан ему не откажешь.

Амфитеатр забит битком. На южной стороне, хотя сейчас от солнца прятаться не надо, наоборот, сидел заказчик игр Марк Випсаний Агриппа и компании друга детства Октавиана Августа.