МИ (Цикл)

Что касается простых смертных, то для них возраст Матери-Исповедницы вообще ничего не значил. Они боялись Исповедниц, как огня, а Мать-Исповедницу — в особенности, ибо знали, что она превосходит могуществом всех остальных. Но Цирилла в отличие от большинства понимала, что магия сама по себе — еще не причина для страха, а Кэлен ни разу не запятнала себя бесчестным поступком и превыше всего ставила мир и спокойствие тех, за кого несла ответственность.

В тот день на улицах Эбиниссии, королевской резиденции Галеи, царило всеобщее веселье. Столы ломились от праздничных яств, и никому, даже самому последнему пастуху, не отказывали в угощении.

Любой мог принять участие в играх, поглазеть на жонглеров и акробатов, сплясать под веселую музыку.

Цирилла как королева наблюдала за состязаниями и раздавала почетные ленточки победителям. Она еще никогда не видела столько улыбающихся лиц, столько счастливых людей. Она никогда еще так остро не чувствовала свою связь с подданными и их любовь к своей королеве.

А ночью в королевском дворце был бал. Почти четыре сотни гостей в изысканнейших нарядах заполнили огромную залу.

Ошеломляющее зрелище. Вино текло рекой, длинные столы ломились под тяжестью бесчисленных блюд. Да и как же иначе — ведь это самый главный день в году! Нынешний бал своим великолепием затмил все предыдущие, и люди не уставали благодарить судьбу. То были дни мира и процветания, дни щедрости и изобилия, время надежд и великих начинаний.

Музыка оборвалась на середине такта, и веселый гомон внезапно сменился гробовым молчанием, когда в зал быстро и целеустремленно вошла Мать-Исповедница. За ней шел ее волшебник в серебристых одеждах.

Простое белое платье Исповедницы выделялось среди буйства красок, словно полная луна, затмевающая звезды. Яркие цвета и причудливые наряды вдруг стали казаться на удивление заурядными. Там, где она проходила, люди склонялись в поклонах. Цирилла сидела за длинным столом в окружении своих советников. Перед ней стоял высокий граненый бокал с терпким вином.

Провожаемая взглядами Кэлен пересекла огромную залу и, остановившись перед королевой, поклонилась в знак приветствия. Ее лицо казалось высеченным изо льда. Не дожидаясь положенного по этикету ответного поклона, она спросила:

— Королева Цирилла, есть ли среди ваших советников человек по имени Дефан Тросе?

— Вот он, — показала рукой королева.

Бесстрастный взгляд Исповедницы переместился на Дефана.

— Я хочу поговорить с ним наедине."

"— Дефан Тросе — мой доверенный советник, — возразила Цирилла. Впрочем, это было преуменьшение. Это был человек, которым она восхищалась, человек, в которого она начинала влюбляться. — Вы можете поговорить с ним в моем присутствии.