МИ (Цикл)

 — Она понятия не имела, о чем пойдет речь, но решила, что это необходимо узнать. Исповедницы не прерывают торжеств по пустякам. — К сожалению, мы ограничены местом и временем, но, если ваше дело не терпит отлагательства, решите его прямо здесь и сейчас.

Цирилла надеялась, что Мать-Исповедница отложит разговор, но ошиблась. Кэлен задумалась. Лицо ее по-прежнему ничего не выражало, зато волшебника у нее за спиной никак нельзя было назвать бесстрастным. Несомненно, он был чем-то чрезвычайно встревожен. Он наклонился к Кэлен, собираясь что-то сказать, но та жестом призвала его к молчанию.

— Как вам угодно, — сказала она королеве. — Я очень сожалею, но дело действительно не терпит отлагательства. — Она вновь перевела взгляд на Дефана. — Только что я выслушала исповедь убийцы. Помимо всего прочего, он признался, что был пособником другого убийцы. Он назвал этим убийцей вас, советник, а жертвой — вас, королева Цирилла.

По зале пронесся изумленный шепот. Дефан побагровел. Шепот умер, сменившись хрупкой тишиной.

Цирилла не успела уследить за тем, что случилось потом. Только что Дефан стоял рядом, заложив руку за отворот синего мундира, а в следующее мгновение он уже заносил кинжал над Матерью-Исповедницей.

Но Кэлен легко перехватила его запястье, и тут же залу потряс беззвучный удар грома. Стоящий перед королевой бокал раскололся; красное вино полилось на скатерть. Цирилла вздрогнула от внезапной боли, пронзившей все ее тело. Глаза Дефана широко распахнулись, челюсть отвисла.

— Госпожа, — благоговейно прошептал он.

Цирилла оцепенела. Исповедница коснулась его своей властью! Конечно, она слышала много рассказов, но сама никогда не видела, как это происходит.

Да и немногие могли этим похвастаться. Магия, казалось, до сих пор висит в воздухе.

Люди придвинулись ближе, но предостерегающий взгляд, брошенный волшебником, заставил их отступить.

Кэлен слегка осунулась, но голос ее был по-прежнему тверд.

— Ты собирался убить королеву?

— Да, госпожа, — с готовностью подтвердил Дефан, облизнув пересохшие губы.

— Когда?

— Сегодня ночью. В суматохе, когда гости начнут расходиться. — На лице его было написано мучительное ожидание, по щекам катились слезы.

 — Прошу тебя, госпожа, приказывай! Скажи мне, чего ты желаешь? Позволь мне выполнить твой приказ.

Цирилла не могла оправиться от потрясения. Вот так Исповедницы отнимают людей. Сначала — отец, а сейчас — человек, который был ей дорог.

— Жди и молчи, — приказала Кэлен и повернулась к Цирилле. Взгляд ее был тяжел и печален. — Простите, что нарушила ваше веселье, королева, но я боялась опоздать.

Вспыхнув от ярости, Цирилла уставилась на Дефана. Тот преданно смотрел на Кэлен.