Мой беглец
Я где-то недавно слышал такой стук. Стук колес поезда, в котором я ехал в этот богом забытый город, куда меня послали как молодого и прогрессивного специалиста в помощь ребятам из филиала.Я раньше слышал такой стук. Но сейчас стучат не колеса, это стук моего ополоумевшего сердца. Он такой громкий из-за того, что, секунду назад, войдя в помещение для переговоров, среди прочих своих новых коллег, я узнал знакомый голос. Это говорил человек, чьего лица не было видно из-под натянутого на глаза капюшона его черной кофты. Его не было видно, но я его узнал.Прошлым летом. Мы случайно столкнулись прошлым летом. На даче у моих друзей. Парень, одаренный, талантливый и беспринципный. Он сразу мне не понравился. Еще и потому, что я не мог перестать смотреть на него. Я думал… Думал, он не заметит…В книге присутствует нецензурная брань.
Но… я и сам хочу выяснить то, насколько мне плевать на него. Как я мог его звать? Еще и стонать? Однако, было же до этого… Было… И…
Подошел к нему. Вплотную. Я ничего не боюсь. Тем более, этого придурка. Ничего к нему не чувствую. Да. Задевает его небезразличный, сумасшедший взгляд, с первого дня направленный исключительно на меня. Задевает его напор. Губы… Наверное, меня подтолкнуло к действию то, насколько мгновенно исчезла эта ухмылка с его лица. Как вдруг Виктор стал серьезным, как жадно всмотрелся в мои глаза, словно боясь… Словно боясь, что я окажусь прав. И ничего не почувствую к нему.
Первым положил свою ладонь к нему на затылок и заставил наклониться к себе. Не успели мои губы коснуться обветрившейся кожи на его губах, как я дал волю своему языку и проник в его рот. При этом не закрывал глаз, смотрел на него в упор, веря. Веря, что ничего не почувствую. И эта уверенность была очень долгой. Длиной в долю секунды. Пока мой язык не поздоровался с его горячим языком, буквально бросившимся мне навстречу. И в тот же миг вулканическая волна его любви захлестнула сомневающегося меня с головой и заставила утонуть в жаре его желания этой близости. В то же мгновение обе его ладони легли уже на мой затылок и неистово прижали мою голову к своему хозяину. Который, долго не думая, навалился на меня и припечатал спиной к ближайшему дереву.
– Крис… Кристоф… Не говори… Почувствуй… ме-ня…
Белов оторвался от моих губ и, тяжело дыша, уткнулся своим огромным лбом в мой лоб и направил мою руку прямиком на свой торс. Я не отказался. Позволил своей ладони нырнуть под его майку и лечь на один из тех натренированных боков, в которые он так любит грозно упирать свои огромные руки.
– Может быть, – заглядывая мне в глаза, хрипел ненормальный, – ты пока не любишь меня… сейчас. Но тебе далеко не плевать. Кристоф. И я…
Его густые черные ресницы затрепетали, когда моя ладонь направилась ниже и зацепилась за верх его джинс.
– Я заставлю тебя… заставлю…
– Не заставишь, – это было последнее, что сказал я, перед тем, как сам сорвал с него долбаную майку!
Глава 22
Белов вставил ключ в зажигание и бросил серьезный взгляд на своего задумчивого пассажира. У которого не было никакого желания смотреть на него.
Придурок.
Ничего это не значит! Не отрицаю. Да, дьявол его подери!!!
– Jag blev så jävla arg!
– Кристоф, не злись, – этот гад опять взялся меня успокаивать!
Еще и руку мне на локоть положил. Резко отодвинулся от него – еще не хватало! Довольно уже с меня его экспериментов.
– Hörru, din fula jävel! – прорычал на него.
Чертов урод. Уезжали – бесился он. Возвращаемся, теперь уже я готов кого-нибудь убить.
– Выпусти меня в центре, – буркнул идиоту за рулем.
– Куда ты собрался?
– Не твое дело! Один побыть хочу!
– Нет.











