Мой ангел злой, моя любовь…(СИ)

Мать прекрасно знала собственного сына. И знала то, что Андрей не виноват ни в чем — ни перед братом, ни перед честью семьи.

— Вы знаете, — уже растерянно повторила Анна, не понимая, как дальше вести разговор. Теперь, когда она утратила последний козырь, который имела перед этой женщиной в стремлении оправдать Андрея в ее глазах. — Тогда почему…?

— Почему? Я скажу вам, раз откровения начались… Да, я знаю, что Андрей не виновен пред братом. Знаю, потому что всю свою жизнь провела подле такого человека, как он. Он никогда не предаст, даже когда душа и тело будут просить обратного. Требовать этого! Никогда! Честь и благородство! Даже в ущерб своему ego, своему будущности. Таков Андрей! Хоть и видела я, как он тянется к этой femme, и какая пытка для него быть с ней рядом и не с ней! И как он слабину готов был дать, я тоже видела. Потому и удалился вон из дома — лишь бы далее от соблазна. От нее! А ведь он все-таки позволил себе вольность, да, ma chere. Было то! Легкое касание, которое могло распалить пожар страсти, но которое заморозило благородство.

Алевтина Афанасьевна выделила последнее слово. Словно плюнула его с языка, настолько она не любила его с некоторых пор.

— Он остался честен по отношению к своему брату. Но предал меня. Дивитесь? Меня он предал, а этого предательства я простить и принять не в силах…! В то утро решалось на чьей стороне ему быть. И он выбрал ее. Зная, что я en opposition

[705]. Он выбрал ее! Не мать!

— Как вы можете говорить так? — изумилась Анна этой жестокой слепоте матери. — Теперь мне многое ясно после ваших слов. Да, вы были правы. Андрей открыл не всю правду. Он до последнего как мог, даже от меня скрывал от меня то, что могло бросить тень на женщин, которых он когда-то решил беречь от любых невзгод. И это не только Надин. Это вы! Ведь это вы — начало всей этой интриги с кушаком! — и по дернувшемуся в мимолетном удивлении, отразившемся на лице, уголку губ поняла, что попала в точку со своим смелым предположением, которое пришло ей в голову еще тогда, когда Андрей рассказал ей эту историю."

"— Вы решили убрать Надин из вашего дома, выслать в деревню прочь от вас и старшего сына. Я не хочу даже думать о причинах этого поступка. И не хочу думать о нем вовсе. Потому что единственное, что меня волнует при этом — это Андрей. Его чувства и его душевный покой. А вы тревожите его… своим нежеланием простить и забыть былое. Карая его за его собственные грехи и за грехи того, кого вы до сих пор не можете простить…

— Знать, не только у вашего супруга был миг откровенности внезапной! — прошипела уязвленная Алевтина Афанасьевна тем фактом, что Анне, стоящей перед ней, известно то многое, что она безуспешно пыталась забыть и что разъело ей душу ненавистью за эти годы.