Мой худший друг

Мой отец вышел следом, и они уже минут пять, как у крыльца зависли. Аккуратно подсматриваю за ним через зеркало. Папа пожимает Тимофею руку и заходит в дом.

Азарин усаживается за руль, поворачивается ко мне, снова крепко сжимает мои пальцы. Уголки моих губ подпрыгивают. Плечи сразу мурашками покрываются. Не дышу даже. Катя, тусующаяся позади, мгновенно кажется лишней, а клуб – ненужным. Я бы лучше этот вечер провела с Тимом вдвоем. Без людей. Только он и я.

Вообще, это вполне реализуемое развитие событий. Полчасика побыть в клубе для приличия и уехать.

Азарин заводит машину.

Не знаю, насколько быстро мы доезжаем, потому что времени не чувствую. Весь день уже давно слился во что-то бесконечное.

Катька сразу же бежит к Дану. Он приподнимает ее над полом, и она хохочет. Расслышать ее смех из-за долбящей по ушам музыки невозможно. Но и так понятен уровень ее счастья – выше звезд.

Уже по инерции прижимаюсь к Азарину. Я не любитель шумных компаний, в клубе была один раз, и то тогда, когда набралась смелости, чтобы приехать туда ради Тима.

Я позвала весь класс. Жаль только, что Антон прилететь не смог, у него соревнования.

Поэтому, как только подхожу к диванчикам, меня со всех сторон облепляют ребята с поздравлениями. Лиза зачитывает на ухо какой-то мини-стих собственного сочинения. Мы смеемся.

Мне весело, но я так и не выпустила ладонь Тима из своей, словно боюсь, что он исчезнет. Он, конечно, не сопротивляется. Стоит рядом, обнимает меня за талию. Я чувствую его теплое дыхание на своей шее, иногда шепчу ему что-нибудь милое, получая в ответ более крепкие объятия.

Вечер проходит просто прекрасно.

Я счастлива. Мне весело. Тепло. Душевно тепло. Разве полгода назад, когда я только переехала в Москву, могла ли вообще подумать, что у меня появятся друзья, парень…

Анька лезет ко мне с поцелуями и обнимашками. Желает нам с Азариным счастья.

Ловлю в этот момент взгляд Тима и теряюсь. Он так смотрит… с сожалением?

Видимо, понимает, что я смотрю. Тут же растягивает губы в улыбке, но глаза по-прежнему остаются грустными. Наверное, у меня паранойя…

– Все нормально? – привстаю на носочки, тыкаясь носом ему в щеку.

– Да.

Тим целует меня в губы. Аккуратно. Едва касаясь. А мне, мне хочется по-другому, без налета трепета…

– Может, мы уедем? – стараюсь перекричать музыку. Она долбит по барабанным перепонкам, еще немного, и разболится голова.

– Хорошо.

Тим подталкивает меня к выходу, помогает не убиться на ступеньках.

Когда мы выходим на улицу и в нос ударяет прохладный воздух, становится легче. Голова все еще тяжелая, басы слегка оглушили. Ощущение, будто я в кувшине.

– Куда поедем? – Тим материализуется за моей спиной. Мы стоим в метре от его машины.

– Давай просто покатаемся по ночному городу.

– Давай.