Мой худший друг

Прилипаю спиной к прохладному фасаду из камня и выдергиваю свою руку из Азаринской ладони.

– Совсем, да? – шиплю.

– Ты хотела, чтобы все осталось как есть, – Тим нависает надо мной, упираясь рукой в стену. – Якобы у нас ничего не случалось. Для вида, – морщится.

– Я просто хотела без грязи. Им необязательно знать, что между нами происходит, потому что их это не касается. Пусть думают, как самим нравится, но распространяться о том, что у нас произошло…

– Прекрати транслировать эту заученную правильность! По морде мне съезди, наори. Только не надо, – косится за угол, – с ним…

Тим переходит на шепот. Он крепко стискивает мою ладонь в своей. Подается еще ближе. Пара сантиметров между лицами. Нужно всего лишь привстать на носочки, и я легко смогу коснуться его губ своими.

Боже, что в моей голове?

– Что с ним? – отвожу взгляд, возвращаясь к нашему диалогу.

– Провоцировать. С ним…

– Я тебя не провоцирую, – качаю головой. – Я просто живу дальше, Тим. И тебе советую.

Но он меня будто не слышит. Или не хочет. Честно говоря, у него такое взвинченное состояние, что неудивительна такая выборочная глухота.

– Я тебе всю неделю звоню. Ты молчишь! Хочу поговорить, ты сбегаешь. Как мне до тебя достучаться? Я виноват. Я осел. Я знаю. Но я не хочу, – сквозь зубы, – не хочу так.

– Я тоже так не хочу. Зря вообще сюда приехала. – Выдыхаю. – Хорошего вечера, – ныряю под его вытянутую руку.

Лучше и правда уйти. Только он не дает. Тянет обратно к себе. Бесцеремонно. Впечатываюсь спиной Тиму в грудь. Часто душу.

– Не надо.

Качаю головой и неожиданно даже для самой себя всхлипываю.

Азарин игнорирует, разворачивает к себе лицом и впивается в губы. Теряюсь. На несколько секунд точно, иначе как объяснить то, что мои пальцы скользят по его щекам, а сердце предательски замирает?

– Не надо, – отстраняюсь, плотно сжимая губы.

– Это все?

Тим часто и громко дышит.

– Между нами?

– Да, – кое-как нахожу в себе силы, чтобы ответить.

– Я тебя услышал. Пока, Громова.

Он разжимает захват. Отстраняется. Как только он это делает, становится холодно.

Все же простить оказывается куда сложнее. Если я это сделаю, то предам себя.

Тим уходит. Каждый его шаг отдается ударом в сердце. Больно. Очень. В какой-то момент я хочу побежать следом. Срываюсь с места, но слышу лишь громкий рев мотора.

Он уехал.

Растерянно озираюсь и даже пару раз ловлю на себе сочувствующие взгляды. Но все это не так страшно, как то, о чем я узнаю завтра…

Глава 30

Тим

«Я просто живу дальше, Тим. И тебе советую».

Каждая буква этой фразы шарашит по нервам отбойным молотком.

«Живу дальше, просто живу дальше…»

Злость высвобождается энергией. Ее слишком много, она охватывает тело и разум за короткий промежуток времени. Душно.