Мой худший друг

Слушаю гудки, не сразу убирая телефон обратно в карман. С Гиршем мы тусили все детство. До девятого учились в одной школе, потом его батя психанул и засунул в частный интернат «для непослушных богатых мальчиков» в какой-то заднице мира.

Но, несмотря на это, нас с ним до сих пор многое связывает. Мы как в мультике, одной крови.

Ян подваливает минут через двадцать. Тормозит резко, задницу тачки заносит. Сразу начинает вонять паленой резиной. От столкновения с моей машиной его спасает несколько сантиметров. Гирш высовывается в окно, бегло оценивая происходящее.

– Больной.

– Не ной, принцесса. Я торопился, – играет бровями. – Короче, схема такая…

* * *– Где ты его вообще откопал? Гирша этого?

Отец орет уже минут двадцать. Я сижу на больничной койке, мать подвывает рядом.

Ее в этой ситуации жалко. Перед ней даже стыдно. Она ехала сюда с уверенностью, что я как минимум в коме, а как максимум одной ногой на том свете.

– Они это намеренно сделали, Алёна. Четко все продумали, даже денег охраннику сунули.

– Тимоша… – мама обессиленно вздыхает.

– Ай! – отдергиваю руку, в которую медсестра всадила шприц. Ухмыляюсь.

– Ему еще и смешно, – басит отец. – Вообще берегов не видит!

– Серёжа, не кричи, – мама всхлипывает.

– Не кричать? Я его придушу. Гаденыш. Как только мозгов хватило? На тачке по торговому центру, еще и пол-этажа разворотить!

– Но претензий же нет? – улыбаюсь и тут же морщусь. Разбитая губа дает о себе знать моментально.

Еще бы они были. Претензии эти. Сам ТЦ, да и магазин, который мы там в щепки разнесли, маленький подарок отца Яниса своей новой женушке. Гирш ее, конечно, всем сердцем любит. Думаю, она оценит подарок пасынка ко дню рождения. А ведь через неделю должно было состояться открытие.

Я хотел выпустить пар? О, я это сделал.

– Мозги совсем атрофировались? – продолжает возмущаться отец. – Весело тебе? – зыркает исподлобья.

– Не больше чем обычно, – пожимаю плечами.

Сознание слегка мутное. Резко затормозил, когда в стеклянную витрину влетели, шарахнулся башкой об руль. Сотряса вроде нет, док сказал. Правда, бампер в хлам…

– Серёжа, нам всем нужно успокоиться. Сынок, не провоцируй, – шикает на меня ма.

Но отца уже не остановить. Он завелся. И, в принципе, повод у него есть. Весомый.

– В военное. Экзамены сдаст, и чтобы духу его тут не было. Сегодня же позвоню Токману.

– Серёжа! – мама вскакивает на ноги. – Ты же помнишь, как поступил твой отец, но делаешь то же самое сейчас."

"Папа стискивает зубы. Замолкает на пару минут. Взгляд испепеляющий, руки в карманах брюк.

Да, у него с отцом отношения были швах, конечно.

– Не то же, Алёна, – произносит уже спокойнее. – Не то же. Мой отец хотел сделать из меня вояку.