Мой (не)сносный сосед

А на следующее утро все мысли, так или иначе касающиеся нашего примирения улетучиваются, потому что в танцевальном зале меня ждет ну очень недовольная Шанская. И выглядит она примерно так, как будто я стащила у нее из-под носа желанное платье на распродаже или не поделилась последним куском чизкейка.

Сегодня меня не спасает ни бросающаяся грудью на амбразуру Зорина, пытающаяся защитить свою танцовщицу. Ни тот факт, что я на зубок выучила пропущенный материал и могу воспроизвести любую комбинацию с завязанными глазами. Упорно не замечая косячащую в первой линии девчонку, Злата отрывается на мне и за торт, и за неудавшееся свидание.

– Васильева, выбиваешься!

Крепче стискиваю зубы и продолжаю самозабвенно выводить отработанные па, не обращая внимания на полный брезгливости взор.

– Васильева, мимо такта!

Могу поклясться, что со счетом у меня все в порядке, но не спорю, расплываясь в показной широкой улыбке. Черта с два ты меня достанешь, кукла манерная!

В общем, по окончании тренировки я чувствую себя порядком измочаленной, но счастливой, несмотря на то что под лопаткой ощутимо тянет, а икроножные мышцы горят от напряжения. Я привстаю на носочки, оттираю тыльной стороной ладони струящийся по лбу пот и, прищурившись, смотрю на отрешенную Лилю.

– Вывезешь месяц в таком ритме? – обеспокоенно спрашивает блондинка, делясь своей водой, потому что моя закончилась полчаса назад.

– Прорвемся, – легкомысленно передергиваю плечами и обнимаю подругу, стараясь реагировать на все происходящее философски: – может орать, сколько влезет. Главное, что из номера не убирает.

Попрощавшись с Зориной, я заскакиваю в ближайший к дому гипермаркет, опустошаю полки и нагребаю целую тележку продуктов, мечтая о сырниках со сгущенкой и чашечке крепкого американо. Вваливаюсь в прихожую с двумя полными пакетами в руках и жалобно так, грустно вздыхаю, запоздало вспоминая о том, что у меня закончилась мука. И я, конечно, могу снова спуститься вниз и вернуться в магазин, но барабанящий за окном ливень делает подобную перспективу малопривлекательной. Поэтому я решаю прибегнуть к помощи соседа, очень надеясь на то, что у него найдется нужный ингредиент.

– Кошелек или жизнь? – воображаю себя пиратом на Хэллоуин и ошарашиваю появляющегося на пороге растрепанного Филатова с взъерошенной шевелюрой. Футболка на его торсе, по обыкновению, отсутствует, и я очень стараюсь не опускать заинтересованный взгляд ниже подбородка.

– А? – Иван спросонья не соображает, о чем идет речь, и так сладко зевает, что я ненароком задумываюсь заменить готовку здоровым сном. Но тут же беру себя в руки и расшифровываю озвученную просьбу.

– Муки, говорю, не займешь? По-соседски.