Моя бывшая будущая невеста

Я как раз распахиваю дверь в тот момент, когда эта мразь заставляет Тею опуститься на колени по понятным причинам.

В тот раз я уже видел, когда этот престарелый кобель недвусмысленно касался моей бывшей. И меня не должно это ни напрягать, ни волновать, потому что семь лет прошло. Мы никто друг другу! Но…

Ярость от того, что эта престарелая мразь касается моей Богини, топит меня с головой, смывая остатки разума, как цунами. Остаются голые инстинкты. Жажда крови и желание убивать. Как семь лет назад, когда кто-то мог не так посмотреть на мою девочку или иметь неосторожность что-то сказать. Тогда я терял тормоза, защищая свое.

Сейчас же восточные корни поднимают голову и требуют крови этого ублюдка. Потому что меня, в отличие от него, воспитали так, что женщину надо уважать, если не боготворить. И в этой жизни нет места принуждению в отношении нее.

— Отсоси мне, Тея, и я тебя не обижу…

Эти слова срывают стоп-кран моей выдержки и убивают во мне здравомыслящего человека. Ты подписал себе смертный приговор, Аркадий Андреевич.

— Выйди! — рычу Тее, которая, размазывая сопли и косметику по лицу, встает на ноги не с первого раза.

И это моя последняя адекватная фраза.

Я убеждаюсь, что Богиня закрыла дверь кабинета, и наступаю на ее бывшего босса. С удовольствием отмечаю, как он тяжело дышит, пытаясь запихнуть член в штаны, прищемляет его молнией и взвизгивает как свинья. И уж совсем не по-мужски вытирает рукавом выступившую на лбу испарину.

— Сейчас ты сам себе отсосешь, Аркадий Андреевич, — цежу и наношу первый удар.

Бью жестко и хаотично по самым болевым точкам, не обращая внимания на скулеж и просьбы остановиться.

— Тея тоже просила, но ты, гнида, почему-то посчитал, что тебе все дозволено. Я сейчас на понятном тебе языке объясню, что это нихуя не так, — продолжаю работать кулаком, другой рукой удерживая паскуду за лацкан пиджака.

Наношу серию быстрых ударов, не давая Власову не то, что защититься, вздохнуть нормально. И останавливаюсь в тот момент, когда понимаю, что мразь на грани потери сознания и дышит тяжело и со свистом. Кажется, ребро ему сломал. Но ничего, переживет. Главное, чтобы не отъехал. Мне это не нужно, еще откачивай его потом или разгребай проблемы, если вдруг Власов решит преставиться.

— Слушай меня внимательно, мразь. Ты забываешь, что в твоей конторе работала такой юрист, как Тея Валерьевна. Более того, ты вообще забываешь о ее существовании. Не вздумай даже помыслить о том, чтобы к ней приблизиться! В противном случае все твои приключения в этом кабинете станут достоянием рутуба. Кивни, если уяснил.

Я откровенно блефую, сочиняя на ходу, полагаясь лишь на свой опыт. Но по усиленному киванию головой и мычанию понимаю, что попадаю в точку.