Моя любимая мачеха, или Она не твоя

Пап, это твоя женщина, вот сам и разбирайся.

— Не могу, — устало ответил он. — Сегодня заседание акционеров, переложить это мне не на кого, ты ещё не готов…

— У неё отец есть, подруги, в конце концов, — пытался увильнуть я. — Да и сама вроде не дура, поймёт, с какой стороны у тряпки дырка для головы.

— Ром, — терпеливо начал отец. — Важен взгляд со стороны, и ты прекрасно знаешь, какие сейчас времена. У тебя есть вкус, помоги девочке выбрать платье, в котором она будет сиять. Чтобы ни одной писклявой шавке из какой-то третьесортной газетёнки не пришло в голову испортить мне настроение.

— О, — деланно изумился я, — Теперь тебе нравится мой вкус? Почему же тогда тебя корёжит при виде Аллы?

— Тебя самого корёжит, — парировал отец. — Но если уж из образа шлюхи ты сумел создать образ легкодоступной, но стильной девицы, то и тут справишься.

— Так вот что тебе нужно, — не сдержал я сарказма. — Ну хорошо, сделаю из неё легкодоступную…

— Роман, — сурово перебил отец и тише добавил: — Ну что ты как маленький? Когда я в последний раз просил тебя о помощи? Для меня это важно. Тимур сегодня на обследование едет, а подруги… Какие подруги, когда девочка учится в другой стране? У Милены есть лишь мы.

— Я сейчас расплачусь, — ехидно ответил я и вернул: — Как маленький, — отец промолчал, и я нехотя сдался: — Хорошо. У меня сегодня три пары, четвёртую загну. Предупреди её, что заеду. Всё, пока.

Отключился и, вжав педаль газа в пол, обогнал какую-то шлюху на красном рафике. Зазвучал в спину резкий сигнал, и я, притормозив, открыл окно:

— Подсказать, где автошкола, детка? Или самому научить водить? Недорого возьму, отсосёшь мне так же хорошо, как козлу, который тебе тачку подарил, и будем в расчёте!

Сорвав ярость на блондинке, я снова газанул и догнал до универа за несколько минут. Придут «письма счастья», но мне плевать! Я был так зол, что чудом никого не сбил, припарковавшись с разворота.

— Ты чего, Сабуров? — осторожно уточнил Ярик и вгляделся в моё лицо. — Снова с отцом поссорился?

— Хуже, — захлопнул я дверцу с таким треском, что удивительно, как она не отвалилась.

— Убил его? — округлил глаза друг и, прижав ладонь ко рту, громко зашептал: — Если помогу спрятать труп, отдашь мне половину наследства?

— Дурак, — не выдержал и рассмеялся я.

Туча, нависающая над головой, рассеялась. Потрясающий человек Яромир — что бы ни творилось в жизни, всегда найдёт нужные слова. И вроде ничего такого не говорит, а мир уже становится светлее.

— Привет, — Алла подошла и обняла меня, прижалась затянутыми в джинсы бёдрами. — Я соскучилась… А ты, чувствую, нет. Даже не позвонил ни разу.

— Обычно ты звонишь, — я отстранился и пожал плечами. — Идём, Яр.

— Рома! — в сердцах топнула девушка.