Моя Мия. На осколках первой любви (СИ)

Улыбается как-то с ностальгией, что ли.

Мельком смотрю на Демидова. Он подмигивает и наклоняется, чтобы поцеловать в щёку.

— Ты плакала? — хмурится.

— Нет, — мотаю головой. — Это лак. В глаз попал.

— Ой, это моя вина, — мама поднимается и заботливо приглаживает мне волосы. — Почему сразу не сказала, Мия?

— Всё нормально, — лепечу.

Они оба надо мной как курицы-наседки.

А мне… так хочется свободы.

Простора.

Хочется укрыться одеялом и зализать свои раны.

Хочется с сожалением вспоминать прозрачные глаза… И снова оплакивать мечты.

Выть — единственное желание…

Как-то так…

— Ты что-то сегодня заторможенная? — мама удивлённо вскидывает брови.

 — Как будто сонная."

"— Мы рано проснулись, — вступает Лев, а я вспыхиваю, словно светофор запрещающим сигналом. — Поехали на медосмотр в студенческую поликлинику. Там успели постареть на пару лет в очереди.

Улыбаюсь сквозь силу.

— Ну не так уж и долго, — возражаю. — У меня был второй талон по времени.

— Это в лабораторию. А к психиатру, окулисту и наркологу мы сидели по полной.

— Я предлагала тебе забрать меня позже. Ты сам не захотел, — возмущаюсь.

Лёва обхватывает мою талию, коротко целует в губы…

При маме. Округляю глаза и слабо отодвигаюсь.

— Не хотел с тобой расставаться, — признаётся Демидов.

— Сегодня ночевать дома, — произносит мама с хитрым выражением лица.

— Мам, — пшикаю на неё. — Конечно.

Смотрю на неё возмущённо, но больше на себя обижаюсь и на свою глупость.

— Ой, молодёжь. Такая вы пара красивая. Глаз не отвести. Так бы и смотрела.

— Кстати, будет прямая трансляция в их официальной группе. А ещё будут выбирать Валентина с Валентиной.

— Это как?

— Западная мода, — закатывает Лёва глаза, освобождает мою талию и застёгивает пуговицы на чёрном пиджаке.

 — Просто самую влюблённую пару вечера выберут.

— Ого, — мама хлопает в ладоши. — Сейчас парней покормлю и пойду к отцу в кабинет смотреть, а там и он подъедет. Вместе взглянем.

— Может, не надо, — морщусь.

— Поезжайте уже. Вам необходимо примелькаться.

Понуро бреду за Демидовым и натягиваю сапоги с шубой.

Мама прислоняется плечом к дверному косяку. Осматриваю её с ног до головы. Врач рекомендовал лечь в больницу ещё на прошлой неделе.

Папа настаивал, но спорить с мамой бесполезно. Сказала нет, значит точно не поедет.

Приближаюсь и обнимаю её.

Мамочка, если бы ты знала какая я дурочка у тебя! Если бы ты только знала… В душе снова стягиваются канаты.

— Веселись, Крошик, — шепчет мама мне на ухо. — Юные годы так скоро заканчиваются.

Киваю, пряча глаза, и выхожу на улицу.

До клуба доезжаем довольно быстро. Дороги пустые, снегопады наконец-то закончились. В воздухе отчётливо пахнет весной и надвигающимся потеплением.