Моя Мия. На осколках первой любви (СИ)
Мирон Громов был в моей жизни всегда…Этого дерзкого красавчика я считала своей собственностью, пока он… по-настоящему не влюбился. Не в меня!— Прости, моя Мия, — написал Мир в финальном сообщении.— Больше не твоя, — ответила я подонку рыдая. Он счёл нашу первую любовь никчёмной пустышкой. Значит, я тоже забуду! Вырву из сердца растоптанные чувства и отдам их другому. Например, старшекурснику-мажору. Вот только Громова такой вариант решительно не устраивает… но разве это мои проблемы?! Слишком поздно! История Мии Алиевой и Мирона Громова, читается отдельно.100 % ХЭ
— Как ты себя чувствуешь? — спрашивает Лёва, когда глушит двигатель.
Поворачивается и захватывает моё лицо в ладони.
— Не очень, — прикрываю глаза.
Я ненормальная.
Не-нор-маль-на-я! Клянусь Рыськой.
Почему я не остановила Мирона? Почему не накинула пальто и не выбежала за ним на улицу?
Почему я всё время хочу казаться хорошей? Делать всё так, как надо? Всем угождать?
Прав был Громов, детские мои чувства… Неосознанные. Поступков я совершать не умею. Нет, вернее я их совершаю. Порой страшные, неисправимые. Но на эмоциях, необдуманные.
Говорю же, ненормальная!
Встречая Лёвины холодные губы на своих горящих, резко возвращаюсь в настоящее.
Сердце бахает ракетными ударами. Вздрагиваю, широко распахивая глаза.
Отстраняюсь от его лица сама.
— Пойдём? — захватываю маленькую сумочку с колен.
— Ну, пошли.
В клубе ровно столько же людей, как и в Новый год. Оставляем верхнюю одежду в гардеробе и поднимаемся по винтовой лестнице на второй этаж.
Первыми кого вижу — Валеева с Задорожной. Сидят за барной стойкой. Вдвоём. Заметив меня, нервничают, но взгляда не отводят.
Это делаю я… Сама…
— Наш столик там, — кивает Лёва вправо. — Пойдём.
Хватает меня за руку, которая тут же просится на свободу. Закусываю с силой губу и терплю.
Демидов воспитанно отодвигает стул и помогает мне усесться.
Озираюсь с интересом по сторонам.
Флешбеками новогодний вечер всплывает. Прошло всего чуть менее двух месяцев, а столько событий случилось, что дух захватывает.
Пока я предаюсь воспоминаниям, ведущий делает объявление:
— Сегодня вечером мы будем искать среди студентов нашего университета Валентина и его Валентину.
— С прахом? — орут парни с задних столиков.
Усмехаюсь.
Вот дураки, а.
Демидов морщится. Ну что за человек. Даже не улыбнётся.
— Также здесь есть записки и ручки, — невозмутимо продолжает ведущий. — Голосуем за понравившуюся вам пару.
— Ты будешь вино? — спрашивает Лёва, рассматривая страницы меню.
— Не больше бокала красного, — киваю.
Неожиданно чувствую, что сзади кто-то обнимает и прикрывает ладонями глаза.
— Энж? — спрашиваю.
— Сама ты Энж, — взвизгивает Юлька. — Это я.
Разводит руками.
Разглядываю её «потрясный» внешний вид и у меня челюсть отваливается. Она что из дома в так вышла?
— Класс, да? — спрашивает Юлька весело, ведя ладонью по впалому животу. — Платье подруга дала. Я у неё сегодня ночую. Папа разрешил, прикинь?
Хохочет.
Лёва сжимает скулы, кажется, злится, при этом равнодушно отворачивается.

















