Молчание пирамид

Никитка к начальнику подкатил, а одарить-то нечем, трофеи прогулял; снял с груди три медали «За отвагу» — на! Только к брату пусти. Загорелись у того глаза, да сам-то решить не может, надо с режимным начальником согласовать. А тот уперся — ни в какую! Пусть, говорит, орден «Красного знамени» отдаст, тогда пущу.

А Никитка за этот орден чуть трижды не погиб. Хоть его награды и стали побрякушками для властей, но все равно жалко. Плюнул он, сгреб медали и ушел. Ночью же прошел вдоль зоны, изучил, нашел слабое место, прорезал проволоку и уже в лагере. Но где искать Ящеря? Зашел в первую попавшуюся избушку, а там зек над чертежами сидит.

— Ящеря знаешь?

— Какой номер?

— Не знаю. Вы что тут, по номерам?

— А ты новенький?

— Новенький."

"— Он кто? Физик? Конструктор?

— Да не конструктор он, а что-то вроде бабки-гадалки. Знает, что будет.

— Так бы сразу и сказал. Все двухсотые у нас во-о-н там живут.

— Какие это двухсотые?

— Номера у предсказателей такие, круглые.

— Их что, много?

— Да нет, двое всего, старый и молодой.

— А ты какой будешь?

— Я трехсотый, химик.

Заходит Никитка в указанную избушку — электричество горит, на столе картоха с селедкой, сала кусок, хлеба полбуханки.

Глубокий старик на нарах спит, как мертвец, лицо уже синее, а сам Ящерь у порога встречает.

— Ждал тебя, брат. Третий день вижу, как ты ко мне бьешься.

Обнялись, за стол сели, Никитка чекушку достал.

— За встречу? Выпили и сразу к делу.

— Матери указывал, где золото лежит?

— Указывал.

— А еще можешь указать?

— Могу.

— И много добра в земле спрятано? Ящерь оглянулся на старца.

— Много… Если по всей земле, так не счесть. Никитка из-за стола встал, пилотку на голову.

— Пошли со мной!

— Куда?

— На волю!

— Не могу.

— Почто же?

— Так и быть, тебе, как брату, скажу… Я тут невесту свою жду. Сам-то к ней прийти не сумел в срок, вот теперь и мытарюсь…

— На воле подождешь!

— Нет, я сюда ее вызвал. Она ведь еще дитя совсем, девять годков всего. Придет, а меня нет, — взгрустнул Ящерь. — Два года уговаривал — едва уговорил родителей, чтоб отпустили ко мне в лагерь…

— Ты что же, и женишься на ней?

— Мала она еще, чтоб замуж выходить. Вместе жить станем. Мне ведь еще надо жену свою воспитать, научить. Потом и жениться.

Здесь хорошо, никто не мешает. Я тут первый раз свободу почувствовал.

— Ты что, рехнулся? Кто ее сюда пустит?

— Сама придет, как ты пришел.

— Слушай, Ящерька, да кто же она такая, невеста твоя?

— Богиня…

— Нет, это я понимаю. Сама-то кто будет? Из каких?

— Земная пророчица, именем Ящерица.

— Ладно, жди, — согласился Никитка, видя, что брат заговаривается. — Ты мне укажи-ка место, где клад спрятан. Поблизости тут есть?

— Должно быть, есть, — говорит Ящерь. — Но указать не могу. Нельзя без нужды клады указывать.