Молчание пирамид

А… рядом с тобой нельзя?

Похоже, с Плюхачом они рассорились уже серьезно, и Самохин решил ни в коем случае не оставлять Сашу в этой квартире.

— Это жилье… служебное. Тут посторонние люди. И возможно, скоро придется съехать…

— Говори мне правду, Сережа… Здесь находиться опасно, да?

— Не то чтобы опасно… Мое начальство не поймет. Она взглянула как-то отрешенно.

— Теперь я точно вижу… Ты занимаешься историей.

— Не угадала…

— Но ты все время думаешь о прошлом. Все твои мысли связаны… с какими-то далекими событиями.

— Мне казалось, я больше думаю о будущем…

— Тебя интересует какой-то древний-древний человек?..

— Неандерталец.

— Я серьезно… Ты все время думаешь о нем. Больше, чем обо мне. Кто он?

— Пророк, — признался Самохин. — Я все время думаю о пророке.

Она смотрела мимо.

— Так, постой… Это не Мохаммед и не Будда… Как его зовут?

— Ящер.

Саша мгновенно села, притянула его к себе.

— Как?!..

Это был не испуг, скорее мгновенная и крайняя степень возбуждения. Ее охватила мелкая дрожь, словно ток, через руки передавшаяся и ему.

— Ящер… И он должен быть еще живым.

— Почему мне кажется… будто он древний?

— Не знаю… Возможно, пророки не умирают. А их дух переселяется…

Она легла поверх одеяла, положив пеленку под щеку, прижала ее ладонью.

— Сейчас я все увижу во сне.

— Попробуй, если наяву не получается…

— Чтобы видеть наяву, нужно все время страдать, — отрешенно проговорила она. — Это путь к прозрению… Долгие болезни, тюремные муки, гибель детей… Страдания снимают печать с закрытой части сознания. Монахи достигают прозрения искусственно, аскетичной жизнью, лишениями, бесконечными молитвами… Но я освободилась от болезни и теперь мне так трудно… Только не буди меня, я скоро сама… Не бросай в огонь мою шкуру…

Она уснула с приоткрытыми глазами, и Самохин понял это, когда Саша замолчала и почти перестала дышать.

Неожиданное ее появление не то чтобы смутило его, а будто отдалило реальность, в которой он жил все девять дней. Конечно, забот прибавлялось, поэтому он хотел отправить Плюхача на поиски квартиры для Саши, но тот, едва переступив порог, заявил:

— Нас обложили. Я насчитал по крайней мере трех наблюдателей. С разных точек. Один даже на крыше соседнего дома, будто бы натягивает телефонный кабель, другой в мусорных баках ковыряется. Третий на улице чинит машину… Это уже серьезно.

Однако Самохин услышал в его словах намек на причастность к этому неожиданно появившейся Саши.

— Мы и сидим здесь для этого, — сказал он. — Чтоб обложили…

Помощник лукавить не стал.

— Ты хорошо знаешь… свою знакомую?"

"Если не сдержать себя, можно разругаться с ним вдрызг. Самохин стиснул кулаки.

— Она здесь ни при чем.

— В совпадения трудно верится… Ее могут использовать вслепую.