Монастырь (СИ)

Он взял из рук аббата пузырек и выпил одним махом. Простояв одну секунду, он бесчувственным мешком свалился на пол.

21

Изъявив желание пообщаться с аббатом, падре Паоло послал за монахом, который бы проводил его к Себастьяну. И вскоре такой явился – молодой рябой послушник провожал мужчину почти до самой кельи, а потом, вежливо постучавшись, открыл дверь.

Мужчина обернулся полубоком. Заметил красную рясу и сразу встал, расплываясь в приветственной улыбке

– Падре Паоло, рад видеть вас отдохнувшим и в добром здравии. Понравилась ли трапеза? все ли устраивает?

Фратори сделал всего пару шагов от порога после того, как за его спиной затворилась дверь.

Серые глаза пристально разглядывали аббата, постепенно превращаясь в подозрительный прищур. Паоло еще во дворе охватили сомнения, стоило его взгляду встретиться с глазами Себастьяна, но он посчитал, что память и чувства играют с ним злую шутку. Не могло быть в жизни таких совпадений, чтобы по прошествии десяти лет ему снова встретился тот, кто до сих пор иногда посещал его сны... только в снах его фигура была гораздо ярче, чем этот сумрачный аббат сейчас перед ним... там, в снах она была раскрашена огнем, железом и кровью...

– Присаживайтесь, падре Паоло. – мягкий жест, указующий на глубокое кресло перед столом. – Я как раз заварил травяной чай. Простуда. Знаете ли?

Мужчина тоже присел в соседнее кресло и налил гостю чаю.

– Я обещал рассказать вам о том, что беспокоит меня в последнее время. Рассказ будет долгим. Ибо происходящее в аббатстве от меня уже не зависит. Но у нас произошло преступление.

Фратори уселся в предложенное кресло, по-прежнему не произнося ни слова. К чаю он не притронулся, сидел прямой и жесткий и не сводил пристального взгляда с аббата.

– Я бы начал издалека, если позволите, – начал со спокойным лицом Себастьян. – Несколько лет тому назад, когда мы только начали разбирать завалы после войны, прежний аббат говорил об этом незначительном обстоятельстве, как о само собой разумеющемся. Я не придавал значения тоже. Гораздо важнее было восстановить святую обитель. Вы ведь знаете, что наш монастырь стоит на старом греческом городе. Внизу целая система лабиринтов. Так вот. В этих лабиринтах частенько пропадают люди. И не только наши монахи.

Но и те, кто случайно или по глупости забредают в катакомбы из других мест. Всякое случается. Что к нам проникают совершенно посторонние. И как мы не закрывали и не искали все ходы...

– Замуровать надо было и осветить, – холодно отозвался Паоло, наконец, чуть расслабляясь и откидываясь на спинку кресла, – Ну, допустим, Вы так и не смогли все выходы обнаружить и кто-то забредает. Но ваши-то монахи зачем туда лезут? Нашли ход – и запечатали. Камнями и цементом, и крест туда вмуруйте.

Себастьян тяжело вздохнул.