Монастырь (СИ)

Сейчас он еще не понял, что юноша не такой, как все, что он умеет больше, чем другие. – Нам следует уходить по болотам. Фернандо найдет тропу. Я умею делать специальные колодки, чтобы идти по топям...

– Герцог, умеющий делать колодки! И это я-то странный?! – Кристиан засмеялся, страстно подхватил Луиса под плечи и опрокинул на спину. – Мне плевать, кто и что говорил о тебе дома, Луис. Дьявол? Ха! Если пересчитать, сколько красивых, невинных и свободомыслящих людей сгорело на кострах инквизиции, рога и хвост выросли бы в первую очередь у церковников. Любой, кто не с ними у них – Дьявол, одержимый, шлюха, колдун, и бог весть что еще.

Я же привык иметь о людях свое мнение... Твоя красота от матери с отцом, Луис, а вот душа... я пока не разобрался с этим, но клянусь, что это ненадолго, – сказал Легрэ и жарко поцеловал юношу в губы.

Тот отвечал страстно, даже изощренно, словно хотел поглотить Легрэ без остатка. Обхватил его шею, упиваясь минутами близости и единения. Ни с кем еще он не был откровенен. Никого не подпускал, лишь дразнил и измывался. Если бы Кристиан мог теперь заглянуть в темноту герцога, то испугался бы его истинной сущности.

Всего, что намешалось за годы становления.

– Тебе не понравится правда обо мне, – страстно отозвался герцог, когда мужчина отпустил его.

Кристиан крепче сжал объятия и всмотрелся в голубые глаза с настороженным интересом.

– Могу поспорить, что не услышу ничего из ряда вон выходящего.

– Я знал, что ты испытываешь жажду к таким играм. Я видел монахов, которых ты наказывал, – тонкие брови чуть изогнулись. – Хочешь слышать всю правду? Ты уверен, что это надо?

– Это надо, – вполне серьезно кивнул Легрэ, внутренне готовясь к худшему.

– Я заставил отца отправить меня ко двору.

Мой отец – он давно мне подвластен. Когда мне было двенадцать, он признался мне, что любит меня не как сына... – Луис отвел глаза на потолок. Надо, чтобы Легрэ поверил, отказался от него, увести от правды. – И я заставил его верить, что когда-нибудь соглашусь... Понимаешь? Мне нравится уничтожать людей... их души. Ты зря связался со мной, Кристиан.

Легрэ моргнул, а потом с его губ сорвался вздох облегчения, и он рассмеялся, утыкаясь лбом в плечо герцога.

– Я уж думал, что и впрямь что-то страшное сейчас мне расскажешь.

– Кристиан через силу отсмеялся и посмотрел в глаза Луиса. – Я не вчера родился, и не думай, что я не допускал мыслей о том, что ты используешь меня. И раз у нас зашел такой откровенный разговор, я тоже тебе кое-в-чем признаюсь. Я позволил тебе поймать меня, я захотел тебя полюбить. Я пошел за тобою по собственной воле, не по твоей. Я сам поступал с людьми так же, как и ты, тысячи раз. В этом нет ничего непривычного, но... что заставило тебя сказать мне все это сейчас?

– В этом моя проблема – зачем ты пошел за мной...