Монастырь (СИ)

Задрожал от внутреннего холода.

– Наверное, я очень глуп, ваше величество, – тихо произнес. – Я не заслуживаю такого вашего пристального внимания и добиваетесь от меня выводов наших бесед напрасно. Я не умею танцевать по тонкому лезвию. У меня нет желания орошать кровью жизни других и испытывать боль самому. Мне достаточно просто быть собой. Простите, что не оправдал ваших надежд.

Фернандо стоял, глядел, как огонь пожирает скудное подношение, данное им некоторое время назад. Лепестки пламени в очаге, радостно взметнувшиеся несколько минут назад, начали опадать.

В душе же мужчины огонь, подбадриваемый дьяволом, только разгорался.

Он спокойно прошелся босыми ступнями по кострищу, сел перед юношей и запустил пальцы в коротко остриженные волосы герцога, нежно гладя того по голове.

– А кто ты, Луис? Чтобы быть собой, нужно знать кто ты.

Тот поднял глаза к Фернандо. Вопрос этот он и сам себе задавал не раз и всегда неутешительными были ответы.

– Тот, кто пытается выжить. Зверь в ловушке. – герцог не мигал и не сводил взгляда с темных глаз мужчины. – Удовлетворены?

– Нет, – ответ был жестким и однозначным.

Ладонь Фернандо сместилась легкой лаской на щеку юноши. – Тот, кто пытается выжить, дерется. Ты же это делаешь, только когда тебя довести до края. И тогда это бывает уже поздно. Зачем ты позволяешь себя толкать в пропасть?

В глазах короля плясали красноватые блики. От костра? Костер был у него за спиной, да к тому он почти погас. От камней на серебряной палке, которую он положил себе на колени? Фернандо не смотрел на нее.

– Если бы все обстоятельства и деяния зависели от меня, я бы никогда не поехал к вашему двору, а предпочел проводить время с книгами, с которыми привык быть на равных.

Некоторым легко бороться, ваше величество, другие созданы, чтобы созерцать и переосмысливать этот мир. Каким бы ни казалось вам это глупым, но это именно так. – принимая ласку, Луис чувствовал, как горяча ладонь Фернандо. Если действительно хочется услышать правду, то она произнесена. – Мы с вами слишком разные. Вы – воин, господин, охотник. А я – жертвенный барашек, который может сопротивляться лишь если чувствует смерть слишком близко.

– Насколько близко? – Фернандо наклонялся все ближе к юноше, не отрывая взгляда от его глаз.

Вопрос он задал, почти коснувшись его губами. – Это достаточно близко?

– Слишком близко, – дыхание, огонь в глубине зрачков. – Вы думаете, смерть выглядит, как поцелуй или близость?

– Смерть... – Мужчина мечтательно улыбнулся, не отстраняясь от Луиса. Тот почувствовал улыбку на губах по изменению тепла, дыхания, блеска в глазах короля. – Она бывает разная. Та, о которой ты говоришь, самая милосердная. Самая красивая. Если, конечно, она убивает тело.