Монастырь (СИ)

Дикий вой разрезал тишину и человек схватился за отрубленную кисть, упал на колени рядом с Фернандо, дрожа и воя, точно голодный пес. Кристиан отпустил меч, рассеяно осматриваясь. Перед глазами у него все двоилось.

Себастьян не ожидал удара. Еще находясь в сознании – а это была короткая минута перед агонией – он увидел свет. Ярчайший свет освобождения. Он с ужасом подумал о судьбе Сея... О том, что затащил его в пекло. И Паоло... Два таких разных чувства... Бездна... Без дна...

Внезапно Фернандо поднялся, и, оттолкнув ногой мешающего ему калеку, подхватил его меч. Удар пришелся вскользь, не принеся королю особых повреждений.

Падая, он не выпустил из рук серебряную палку, и за те мгновения, которые потребовались наемнику, чтобы добраться до него, успел раскрыть лезвие и перегруппироваться. В ближайшего наемника полетело серебро. Во второй руке короля оказалась дага. Пока оставшиеся три наемника не успели прийти в себя, Фернандо шагнул ближе к Легрэ.

Они интуитивно встали спина к спине. Легрэ с трудом отразил выпад в свою сторону. Второй. Третий. Рука метнулась вперед, и раненный в живот противник пошатнулся назад.

Позади Фернандо сдерживал натиск еще двоих наемников. Легрэ обернулся и ударил одного мечом под колено.

Второй противник короля упал от удара в шею. Раненого мужчина добил дагой. Прислушиваясь к звукам, раздающимся снаружи, Фернандо сказал:

– Легрэ, нам нужно пробиваться к моему шатру. Ты сможешь?

– А у меня есть выбор? – Кристиан тряхнул головой, и в затылке тут же поддернуло болью. Он подошел к бездыханному телу Себастьяна и носком ноги перевернул на бок – вся спина падре была в крови. – Похоже, что здесь все...

Фернандо коротко глянул на аббата.

Что ж, туда ему и дорога, хотя жаль, конечно, теперь допросить нельзя.

– Сзади справа от меня, – велел он Легрэ, откидывая полог. Как король и надеялся, его гвардейцы пока держались. Крик “Ко мне!” придал им воодушевления, и вскоре поле боя около шатра Себастьяна осталось за ними.

Несмотря на зверскую головную боль и легкое недомогание, в битве Легрэ держался возле короля. Конечно, ждать благодарности от этой скотины вряд ли стоило, но сейчас Кристиан четко понимал только одно – его не повесят за убийство Фернандо. Впрочем, Луиса ему тоже вряд ли позволят увезти с собой.

Может именно от этой безысходности, а может от злости Легрэ ожесточенно резал всех, кто пытался помешать ему прорываться к королевскому шатру. Попутно к ним с королем присоединялись выжившие гвардейцы – они сражались храбро, не раздумывая отдавали свои жизни за Фернандо. Легрэ, в отличие от них, золотом за это не платили. Когда небольшой отряд во главе с королем прорвался к шатру и к своим основным силам, Легрэ сверху до низу был в чужой крови, причудливо окрасившей его красную рясу.