Монастырь (СИ)

Его возбужденная плоть говорила о том, что маленькому монашку нравятся мужские ласки. Ксавье погрел дыханием розовый бутончик головки, выглядывающий из складочек кожи, лизнул, а потом вобрал в рот, чуть посасывая.

Тихий стон удовольствия был ему ответом. Тонкие пальчики уже не удерживали камзол и тот окончательно съехал с плеч и упал на землю. Вот только разгоряченное тело не чувствовало холода. Сей поджимал пальчики на ногах, тихо стонал и нетерпеливо поддавался к ласкающему мужчине.

Какие уж принципы и раздумья, когда так нежат и ласкают, что вот-вот ноги не удержат?

Ксавье подхватил разомлевшего мальчика под ослабевшие коленки и уложил на упавший на землю камзол, одновременно целуя, куда придется, и поправляя импровизированную подстилку под спиной.

А потом снова спустился вниз, ведя влажную извилистую дорожку языком. Ладони погладили по голеням, добрались до ступней.

– У тебя пяточки совсем замерзли, – он закинул его ноги к себе на плечи, принялся целовать внутреннюю сторону бедер, поднялся до паховых складок и стал вылизывать языком тончайшую кожу, чуть прикусил мошонку, поднял таз мальчика еще выше, раздвигая ягодицы и лаская языком ложбинку, обводя упругое колечко мышц, щекоча его самым кончиком.

Перед глазами все плыло, каждый кусочек кожи, которого коснулись чужие губы пылал, с губ срывались тихие стоны... Сей сходил ума от удовольствия, выгибаясь навстречу гвардейцу, бесстыдно позволяя касаться себя в самых интимных местах. Когда губы Андерса спустились к его паху, мальчик совсем потерял над собой контроль, а стоило языку коснуться его колечка мышц все напряжение, что скопилось в нем за последнее время выплеснулось удовольствием и тихим полу стоном полу шепотом

– Себастьян.

.. – Сей как-то обмяк на камзоле, теряя сознание.

Ксавье тихо рассмеялся – мальчишке оказалось так мало надо, а вот то, чье имя он выдохнул во время оргазма кое-кто прояснило. Мужчина секунду поколебался – насколько опасно монашку полежать на земле еще пару минут? Потом все же решил, что простудиться тот не успеет, накинул на него его собственную одежду, а сам распустил шнуровку на штанах и, прикрыв глаза и облизывая губы, начал быстро и методично доводить себя до разрядки.

Приоткрыв глаза после внезапной потери сознания, Сей ужасно смутился, закрывая их обратно и после секундного раздумья – притвориться, что он и дальше без сознания и ничего не видел или все же взять ответственность на себя, Сей выбрал второе и приподнялся на локтях.

– Может, вам помочь? – а сам красный – красный, не знает, куда себя девать после такого предложения.

Рука Ксавье замедлилась, он посмотрел на Сея, ничуть не стесняясь и лишь лукаво усмехаясь.

– Ммф... мне тут кто-то только что говорил, что он монах.