Монастырь (СИ)

На которую можно опереться, довериться, а не только бояться.

Юноша закрыл глаза, окунаясь в жар. Такой же была ледяная вода полыньи, в которую он нырнул. Обжигала, казалась его отчаянием, как теперь жар Фернандо видился холодом. Возможно, король и сам пытает тех, кто перед ним провинился... Губы поцеловали щеку, пробегая негой и ответным теплом. Немного ласки среди тьмы. Как ты будешь казнить? Предателей... Тех, кто задумал заговор? Щипцами вырывать мясо – из тела, из щиколоток. Надрезать плечи бедра? Привязывать и четвертовать?

Юноша потерся щекой... Ты хочешь мучить меня? Пытать?

– Покажи свою боль, – спросил у Фернандо.

– За Кристиана... Что ты хотел с ним сделать еще вместо меня?

– Мою? – болезненно улыбнулся король. – Или ту, что я хочу подарить тебе? Маленький, ты не понял – Кристиану я даю то, что ему подойдет. То, что он может принять. Тебе... Посмотри на меня, милый. Неужели ты правда думаешь, что я хочу только сделать тебе больно?

– Я не знаю, – ресницы дрогнули, взгляд вновь скользнул по королю. Хотелось запутаться пальцами в его волосах, хотелось... Луис прижимался к мужчине всем телом, чувствовал ароматы, смешанные в одно.

- Скажи.

– Луис, – Легрэ огладил живот юноши, провел пальцами по линии волос, по члену. – Я уже говорил тебе, что удовольствие можно получать от боли. Когда любишь – принимаешь многое. Мне было сейчас очень хорошо с Фернандо. Мои крики и страдания сбили тебя с толку и ты сделал неправильные выводы. Мне давно не было так хорошо, как рядом с тобой, как рядом с Фернандо. Мы словно одно целое. Фернандо просто дает тебе то, что приносит тебе удовольствие, и не больше этого. Безусловно, у него есть свои потребности и желания, возможно такие, к которым ты пока не готов, но Фернандо не стал бы принуждать тебя к тому, к чему бы не видел в тебе тяги.

То, что сегодня делают здесь с тобой в этой постели, тебе нравится. То, что Фернандо делал со мной, не смотря ни на что, нравится нам обоим. Подумай над этим.

Луис повернулся чуть к Легрэ, все еще прижимаясь к королю. Его глаза – не синие озера, не синее небо, не синие реки – огромный и бушующий океан – бушевали сомнениями и нежностью. Юноша смотрел на Кристиана. И старался скрыть улыбку, за которой пряталось воспоминание о той первой ночи – ты ведь хотел, чтобы я тебя ненавидел.

Не сделал бы ничего? Зачем же ты врешь? Хочешь, чтобы я... и так тебе доверился тогда. Поцелуй в висок Фернандо. Шепот, исходящий от самого ангела: – Ты хочешь сделать мне сладко, себе – сладко, нам... – обжигающее новое желание, смешанное с воспоминаниями.

– Хочу... – король чувствовал, как он опять погружается в безумное состояние странного осознания мира. – Но... – он чуть отпустил мальчика. Пробежался пальцами по телу, по совершенным, широко разведенным бедрам.