Морской Волк #07-09 - Врата Победы

Я не эсэсовец, и даже не немец, я француз! Это только мундир со знаками СС, но это гнусная провокация! Я совершенно не хотел попасть на эту войну, но меня заставили!

– Вы не ответили на вопрос, к какой части принадлежите.

– К 599-му штрафному пулеметному батальону, господин… Мне предлагали идти в армию Еврорейха, воевать в Африке, еще прошлым летом, но я сказал, что война не для меня! И вот, мобилизовали принудительно!

– Если это случилось только сейчас, то следовательно, вы работали на рейх?"

"– Господин офицер, я был всего лишь актером в «Пти Паради», маленьком парижском театре! Веселил публику, даже в это тяжелое для Франции время! А не был мобилизован, потому что… Мой отец, коммерсант, был близок с кем-то из оккупационной администрации, он хлопотал, чтобы меня не трогали.

– Ваш отец работал на германскую армию?

– Господин офицер, но в бедной, несчастной Франции сейчас без этого нельзя! Кто не работает на войну, тот подлежит мобилизации. А жить более-менее богато может лишь тот, кто наиболее полезен немцам. Но я был дружен с теми, кто, без сомнения, входил в Сопротивление!

– И чем занимались в Сопротивлении лично вы?

– О, господин офицер, быть настоящими бойцами Сопротивления могли лишь истинные герои! Храбрые, как львы, в совершенстве владеющие оружием, обученные всяким тайным штучкам, как в кинобоевиках.

Ну, а я был всего лишь маленьким человеком, ничему из этого не обученным. Но я сочувствовал вашей армии и солдатам генерала де Голля, и с нетерпением ждал, когда освобождение придет! А мои друзья говорили про немцев такое… наверняка они или сами были связаны с Сопротивлением, или знали таких людей. А я молчал, никого не выдал, хотя нам было строжайше велено обо всем доносить в гестапо! Я не сказал ничего, даже когда меня арестовали и били на допросе!

– За что вас арестовали?

– Не знаю! Скорее всего, потому что на одном из спектаклей я позволил себе… Я там играл черта, так прилепил ему усики и скорчил рожу, как Гитлер на трибуне, я видел в кино. Наверное, кто-то донес – на следующее утро за мной пришли. Меня держали в невыносимых условиях, жестоко избивали! Затем погрузили в вагон – это было ужасно, как скотину! – и выгрузили уже здесь.

Нам сказали, что рейх предоставил нам последний шанс доказать свою лояльность! Но я слышал разговор двух немецких офицеров – о том, что будто бы Гитлер потребовал еще солдат на Восточный фронт, и Кох, ставший во Франции главным, когда Достлера отозвали, отправил арестантов, «потому что они уже пойманы и собраны вместе», и что «если наловить любых других, нет никакой гарантии их большей лояльности».

– Однако же вы оказались в рядах добровольческого батальона СС.