Муссон

Услышав крики и шум, он пришел из своей спальни в глубине дома. Аль-Ауф выронил кинжал и простерся на каменных плитах пола.

— Прости меня, благородный принц, — взмолился он. — На мгновение шайтан отнял у меня разум.

— Мне следовало бы отправить тебя на твое лобное место, — холодно сказал аль-Малик.

— Я пыль у твоих ног, — взвыл аль-Ауф.

— Ребенок больше не принадлежит тебе. Он мой.

— Я искуплю свою глупость любым способом, каким пожелаешь, только не гневайся на меня, великий принц.

Аль-Малик не снизошел до ответа, но посмотрел на Бен-Абрама.

— Немедленно отведи ребенка на борт моей дау в лагуне.

Капитан ждет его прибытия. Я приду вскоре после вас. Мы отплывем с приливом этой же ночью.

Двое людей принца отвели Дориана к лагуне; Бен-Абрам шел с ним, держа его за руку. Лицо Дориана было бледно, он стискивал зубы, храбрился. Они молчали, пока не пришли на берег, где Дориана ждала шлюпка с дау принца, стоявшей в заливе на якоре.

Тут Дориан начал умолять Бен-Абрама:

— Пойдем со мной.

— Не могу.

Старик покачал головой.

— Ну тогда только до дау. Пожалуйста. Ты единственный друг, который у меня остался на всем свете.

— Хорошо, но только до дау.

Бен-Абрам сел рядом с ним в шлюпку, и Дориан прижался к нему.

— Что теперь со мной будет? — спросил он шепотом.

Бен-Абрам мягко ответил:

— Что будет угодно Аллаху, мой Львенок.

— Меня накажут? Отправят в другую тюрьму?

— Принц всегда будет держать тебя подле себя, — заверил Бен-Абрам.

— Почему ты так в этом уверен?

Дориан положил руку на руку Бен-Абрама.

— Из-за пророчества Теймтейма. Он тебя никогда не отпустит. Ты для него слишком ценен.

— А что это за пророчество? — Дориан выпрямился и посмотрел старику в лицо.

 — Все говорят о пророчестве, но никто не объяснил мне, о чем оно.

— Пока тебе рано это знать. — Бен-Абрам снова прижал к себе мальчика. — Когда-нибудь я тебе расскажу.

— А сейчас нельзя?

— Это знание может оказаться для тебя опасным. Будь терпелив, малыш.

Шлюпка ударилась о борт дау, матросы наверху готовы были поднять ее.

— Я не хочу туда!

Дориан прижался к Бен-Абраму.

— Такова воля Аллаха.

Старик мягко разжал пальцы Дориана. Матросы протянули руки и подняли мальчика на палубу.

— Останься еще ненадолго, — умоляюще попросил Дориан, глядя вниз, на маленькую шлюпку.

Бен-Абрам не смог отказать."

"— Я останусь, пока вы не поднимете парус, — согласился он и вслед за Дорианом прошел в маленькую каюту капитана.

Он сел рядом с ним на тюфяк и сунул руку в сумку.

— Выпей-ка.

Он достал из сумки маленький зеленый флакон и протянул мальчику.

— Что это?

— Это смягчит горечь нашего расставания и усыпит тебя.

Дориан выпил содержимое флакона и скорчил гримасу.

— Вкус ужасный.