Муссон

Они лихорадочно поплыли к берегу, а матросы забавлялись, стреляя по ним из пистолетов и мушкетов и делая ставки.

Когда с корпусом и снастями разобрались, Том занялся покраской корпуса. Краска поблекла и отваливалась слоями. К бортам привесили люльки, и команды матросов отдраили корпус песком, затем до самой ватерлинии покрыли краской в три слоя. В приступе художественного рвения Том приказал все орудийные порты выкрасить в цвет голубого неба и заново позолотить фигуру на носу и резные украшения на корме. Через шесть недель непрерывной работы «Минотавр» выглядел так, словно только что сошел со стапелей верфи.

Стали видны прекрасные линии и изгибы борта корабля.

Глядя на «Минотавр» через иллюминатор своей кормовой каюты, Хэл Кортни одобрительно улыбался.

— Клянусь Иисусом, он прекрасен, как невеста в день свадьбы. Отличная работа, мой мальчик. Ты увеличил стоимость корабля на пять тысяч фунтов."

"Слова отца придали Тому храбрости, и он высказал свою просьбу. Хэл спокойно выслушал: передать «Минотавр» в независимое командование Тому. Потом покачал головой.

— Одного сына я потерял, — негромко сказал он. — И не готов потерять второго, Том.

— Но, отец, я дал Дорри священную клятву.

Тень страшной боли, более мучительной, чем та, что он испытал на решетке, когда ему отрезали ноги, промелькнула в глазах Хэла.

— Знаю, Том, знаю, — прошептал он. — Но «Минотавр» не мой, и я не могу отдать его тебе. Он принадлежит Компании. Это не остановило бы меня, если бы я считал, что это поможет твоему брату. Но я не могу отдать тебе корабль и отправить навстречу страшной опасности без полного экипажа.

Том раскрыл рот, собираясь заспорить, но Хэл приподнялся на смятой постели и положил руку на руку сына.

— Послушай меня, парень. — Голос его звучал хрипло, бледная костлявая рука на руке Тома была легкой, как птичье крыло. — Я не могу отправить тебя одного. Этот аль-Малик обладает большой властью. В его распоряжении армии и сотни кораблей. В одиночку ты его не одолеешь.

— Отец… — перебил его Том, но Хэл остановил его.

— Послушай меня, Том. Мы должны вместе закончить это плавание. Я в долгу перед кораблем и людьми, которые поверили в меня. Когда мы выполним этот долг, я обеспечу твое вступление в орден.

Ты станешь рыцарем-храмовником ордена Святого Георгия и Священного Грааля, со всеми преимуществами, которые это тебе даст. Ты сможешь призвать на помощь своих братьев-рыцарей, таких как лорд Чайлдс и лорд Хайд.

— Но на это уйдет целый год! — воскликнул Том; сама мысль об этом причинила ему физическую боль.

— Нет, на это может уйти два или три года. Однако мы ничего не достигнем, если без подготовки выступим против могучего властителя в чужой стране, где у нас нет ни союзников, ни влияния.

— Годы! — повторил Том.