Муссон

 — А что за это время произойдет с Дорри?

— К тому времени я оправлюсь от ран. — Хэл взглянул на свои укороченные ноги. — Мы поплывем на поиски Дорри вместе, у нас будет флот сильных кораблей, с отличными командами бойцов. Поверь мне, Том, это лучший шанс Дориана — и наш.

Том в ужасе смотрел на отца. После ранения Хэл Кортни превратился в хрупкого старика с серебряной бородой и искалеченным телом. Неужели он действительно верит, что сможет командовать эскадрой в новом бою? Безнадежная мечта. Том почувствовал, как на глазах выступают слезы, но отогнал их.

— Поверь, Том, — говорил Хэл.

 — Я даю тебе слово. А ты мне?

— Хорошо, отец. — Ему пришлось собрать все мужество, но он не смог отказать отцу. — Даю тебе слово.

— Спасибо, Том.

Рука Хэла сползла с руки Тома, голова его упала на грудь. Хэл закрыл глаза, и его дыхание стало таким неглубоким, что словно бы замерло. В приступе отчаяния Том подумал, что теряет отца. Но тут он увидел, как поднимается и опускается грудь Хэла.

Том встал и направился к выходу, ступая неслышно, чтобы не потревожить сон отца.

Муссон постепенно стихал, и корабли месяцами стояли неподвижно в безветрии межсезонья.

Потом пальмовые листья зашевелились, облака повернули и двинулись по небу в противоположном направлении.

— Эти два могучих ветра — великое чудо Индийского океана, — объяснил Уил Уилсон Тому, когда они сидели на юте. Он говорил по-арабски, потому что Хэл настаивал, чтобы Том ежедневно упражнялся в этом языке. А Том знал, что это знание хорошо послужит ему при поисках брата.

— С ноября по апрель ветер дует с северо-востока, и арабы называют его каскази, — продолжал Уил. — С апреля по ноябрь ветер поворачивает в другую сторону и дует с юго-востока.

Тогда арабы называют его куси.

Именно куси привел капитана Андерсона назад к острову Флор-де-ла-Мар, на ярком рассвете в один из ветреных дней. Пока экипажи других кораблей эскадры выстроились у бортов и карабкались на реи, чтобы приветствовать это возвращение, Андерсон провел «Йомен» через пролив в кораллах и бросил якорь рядом с «Серафимом». Не успел корабль натянуть якорную цепь, как Том отправил шлюпку за Андерсоном.

Эдвард Андерсон поднимался на борт «Серафима», очень довольный собой и своими достижениями, но прежде всего он спросил о здоровье Хэла Кортни.

— Отец оправляется от ран, — сообщил ему Том невинную ложь. — Спасибо за заботу, капитан Андерсон.

Он провел Андерсона в каюту на корме. Том позаботился, чтобы простыни были выстираны и выглажены, а волосы Хэлу подстриг и расчесал лекарский помощник. Хэл опирался на валики подушек и выглядел здоровее, чем был на самом деле.

— Благодарю Господа, что вижу вас в добром здравии, сэр Генри, — поздоровался Андерсон и сел возле койки на стул, на который указал Хэл.