Отдаленные последствия. Том 1
Вы когда-нибудь слышали о термине «рикошетные жертвы»? Нет, это вовсе не те, в кого срикошетила пуля. Так называют ближайшее окружение пострадавшего. Членов семей погибших, мужей изнасилованных женщин, родителей попавших под машину детей… Тех, кто часто страдает почти так же, как и сама жертва трагедии…В Москве объявился серийный убийца. С чудовищной силой неизвестный сворачивает шейные позвонки одиноким прохожим и оставляет на их телах короткие записки: «Моему Учителю». Что хочет сказать он миру своими посланиями? Это лютый маньяк, одержимый безумной идеей? Или члены кровавой секты совершают ритуальные жертвоприношения? А может, обычные заказные убийства, хитро замаскированные под выходки сумасшедшего? Найти ответы предстоит лучшим сотрудникам «убойного отдела» МУРа – Зарубину, Сташису и Дзюбе. Начальство давит, дело засекречено, времени на раскрытие почти нет, и если бы не помощь легендарной Анастасии Каменской…Впрочем, зацепка у следствия появилась: все убитые когда-то совершили грубые ДТП с человеческими жертвами, но так и не понесли заслуженного наказания. Не зря же говорят, что у каждого поступка в жизни всегда бывают последствия. Возможно, смерть лихачей – одно из них?
Никакую «Горожанову, жену Чекчурина» она знать не знала, хотя одна из двух фамилий показалась смутно знакомой, но когда погибают люди – это всегда больно.
– Вот представь себе, – грустно продолжил Артем. – Чекчурин же депутат, он свой бизнес переписал на сына, когда в Думу прошел, а его вторая жена занимается вопросами землеотводов в областном правительстве, с ней у Фадеева много общих дел. Ну и фамилия у нее другая, само собой, чтобы разговоров меньше было, все же понимают, что бизнес, переписанный на родственника, – это фишка для отвода глаз, но с точки зрения закона уже не придерешься.
– Какое горе… – пробормотала Инга, не очень понимая, каким образом могут быть связаны трагическая гибель пасынка, члена семьи, и деловые интересы депутата и его супруги.
«Наверное, Артему, как и многим мужчинам, проще говорить об отвлеченных вещах, чем о тяжелых переживаниях», – подумала она.
– Нельзя сказать, что жена Чекчурина очень уж любила сына своего мужа, да и случилось все не вчера, недели две назад, но пока сорок дней не пройдет – вроде как ей неприлично устраивать праздник, раз муж в трауре. В общем, перенесли пока на конец февраля, после сорока дней. Возможно, вообще праздновать не будут, обстоятельства печальные, сама понимаешь.
Про жену неведомого Чекчурина, носящую другую фамилию и решающую вопросы землеотвода под строительство, Инге тоже не было интересно, но выражение лица она сделала соответствующее, правильное.
– А по поводу чего банкет намечался? Что собирались праздновать?"
"На самом деле ей хотелось спросить, что случилось с пасынком, но она понимала, что Артем более охотно поговорит о бизнесе, нежели о чужом горе. Все мужчины так устроены, это нормально.
– Сорок лет, день рождения. А тут такое… Парень, конечно, был не подарок, говорят, наркотой баловался не по-детски, официально числился каким-то клерком в фирме, которая на него же и записана, а раньше принадлежала самому Чекчурину, который так и продолжает там всем рулить, вот ведь бред, а? Только в нашей стране может случиться такой идиотизм. Ну, от Чекчурина всего можно ожидать, он взятки направо и налево рассовывает, несколько лет назад своего сына даже от тюрьмы откупил, когда тот накололся чем-то и девушку сбил…
Инга делала вид, что внимательно слушает, а сама думала о том, как выстроить оставшуюся часть дня. Съездить к пациенту, визит к которому она спешно отменила, когда поняла, что не успевает к Фадееву? Порадоваться освободившемуся времени и отправиться домой, принять ванну, приготовить ужин, отдохнуть? Или поехать к маме и Машке, повидаться и отвезти деньги? А может, она успеет навестить могилу Выходцева, пока кладбище не закрылось?
Выходцев. Игорь Андреевич. Игорь…
Голос Артема назойливо прорывался сквозь ее размышления.