Наизнанку
Для кого-то он Призрак — бездушный убийца, для кого-то Скала — несгибаемый и упёртый. Его имя произносят с плохо скрываемым страхом. У него много имён, много ролей. Олег всегда разный: холодный, непробиваемый и такой красивый. Она — папина принцесса, наполненная романтическими мечтами о настоящем принце. Яна спутала его планы, ворвалась в жизнь переменчивым ветром сентября, сорвала многолетнюю маску. Что между ними может быть общего? Ничего кроме любви и общей тайны прошлого, что тянется атласной лентой, связывая их друг с другом навсегда…"— Даже если ты будешь сопротивляться, я останусь твоей слабостью, потому что от этого еще не придумали лекарства. С каждым днем я буду проникать в твою кровь все глубже. Даже придерживая на расстоянии, будешь помнить меня. Я «отравлю» сначала твое тело, а потом и душу!— Ты упускаешь только одну деталь. Я не спорю, что физически ты близка к моей полной капитуляции. Но душа? Детка, ты погорячилась! У меня ее просто нет!"Содержит нецензурную брань.
"
"Вернувшись в город, сразу помчался на пробежку, чтобы размять затекшее от двенадцатичасовой поездки тело. Бесило ее молчание, хотя знал, что она дома, потому что вчера звонил Андрею. Бесило собственное состояние, в котором мог нормально думать только тогда, когда знал, что через пять минут придет сообщение, где Кролик поделится со мной смешной историей про заснувшего преподавателя или про проделки того лохматого пса. Она как наркотик, вызывающий не физическую, а моральную зависимость. Хочется еще и еще!
— Андрей! Как дела? — не в силах больше терпеть, остановился, набрав номер Куранова.
— Мы в ветеринарке. Вчера вечером лошадь лягнула Скуби, всю ночь сидим тут.
— Почему не написал?
— Ну, не думал, что должен докладывать о здоровье пса.
— Ладно, если что, звони, — бросил трубку в карман брюк и помчался на еще один круг, ускоряя темп, чтобы сердце забилось быстрее, вырабатывая адреналин, способный заглушить переживания.
Но перед глазами все равно стояла грусть голубых глаз. Вспомнил, как увидел ее, выбегающую из дома. Она разбежалась и рухнула в сугроб, подбрасывая снег в воздух.
*****
— Привет! — из строительного вагончика выскочил Мара. Он помахал рукой в сторону парковки. — Бросай машину.
— Зачем?
— Затем! — он ткнул пальцем в сторону огромного снегохода. — Ты не в костюме, я надеюсь?
Чертяга! Выйдя из машины, закурил, осматриваясь. За месяц пустующее поле весьма изменилось. По периметру возвели высокий забор, вдоль которого строились невысокие домики. На берегу озера заводили под крышу одноэтажное здание с плоской крышей в восточном стиле.
— Слава богу, оставил свой костюм дома. Иногда мне кажется, что ты слился с ним. Я даже скучаю по тебе прошлому. Помнится, раньше не вылезал из спортивных штанов, а еще у тебя были счастливые джинсы, в которых мы искалечили полгорода!
— Завязывай! Чур, я за рулем, — отбросив сигарету, подбежал к снегоходу, заняв место.















