Наизнанку

Все уходят, бросают, решают и могут только приказывать! А мне не хочется! Хочу свободы!

— Ян, если успокоиться и подумать, то ты поймешь, что все это только ради тебя. — Динар встал, отряхнул сено с брюк и направился к выходу, но застыл у самых ворот. — Ты переживаешь за него?

Я застыла, наблюдая, как Динар, опустив голову, нервно сжимал деревянный засов.

— За кого? — прохрипела, не в силах вспомнить, как пользоваться голосовыми связками.

— За Наскалова…

— Нет.

— Пока! — дверь скрипнула и громко лязгнула, заставив вздрогнуть мое напряженное тело.

***

— Салам, Халик! — в тишине просторной комнаты мой голос прозвучал слишком громко.

Неприятная, скорее даже удручающая пустота помещения и какой-то рваный интерьер, совмещающий в себе разлапистость восточного колорита и простоту европейского, напоминал лоскутное одеяло. На полу лежал дорогой ковер ручной работы, на окнах висели вертикальные офисные жалюзи, в углу стоял кальян, вокруг которого были разбросаны пышные яркие подушки, а завершающим штрихом был кожаный, абсолютно европейский диван. Мужчина, сидевший ко мне спиной на мягком диване, вздрогнул и подавился дымом самокрутки. По сладковато-приторному запаху было понятно, что курит он не табак.

— Салам, Корд*! — он обернулся и растянулся в широченной улыбке. Мускулы дергались, отчего казалось, что его верхняя губа вибрирует. Глаза вспыхнули ярким светом и стали жадно шарить по комнате.

— Не надо, Халик… Ты же знаешь, что это бессмысленно. Двое у дверей спят и проснутся еще не скоро, а охрана у ворот успеет прибежать уже после того, как я нарисую кровавую, но очень аккуратную линию на твоей шее, — заметил, как он дернул рукой в поисках телефона.

 — Как-то ты расслабился. Твою домину охраняет всего шесть человек? Это же несерьезно, Халик. Ты очень безответственно относишься к собственной жизни.

— Призрак, ты же знаешь, что нельзя тебе появляться на этой земле после того, как перерезал половину моих ребят. Мы договорились, что я не ввожу дурь к тебе в страну, а ты забываешь про мою!

— Да, я помню, — я закурил, присев на широкий каменный подоконник, откуда был хороший вид на пустынный двор. У костра сидела охрана, пуская косячок по кругу. — Но ты первый нарушил наш уговор.

— Ну, возможно. Но мне сказали, что тебя шлепнули. В Стамбуле была заварушка, после которой ты исчез без следа!

— Тебя обманули, Халик. Ну, давай говорить?

— О чем?

— Скажи мне, кто купил у тебя дурь?

— Ха, смешно, Корд. Очень смешно. — Халик встал и подошел ближе. — Какой резон мне тебе сдавать моего, так сказать, оптового покупателя?

— Оттуда, Халик, что я пощадил твоего брата. Кстати, как он?"

"Мужчина замер, поджав губы. Он задумался, подергивая неаккуратную длинную бороду с явными седыми прядями.