Нас не разлучить

Даниэл с такой силой сжал ее руку, что ей показалось, будто ее косточки захрустели. Он снова перевел на нее взгляд. В его уме шла напряженная работа: он пытался переварить и оценить новую информацию.

— Праздники, — медленно сказал он. — Ты устраиваешь вечеринки, помолвки и тому подобное… — Слабая улыбка скользнула по его губам. — И свадьбы?

— И свадьбы, — подтвердила она, слегка смущаясь. — Это было моим свадебным подарком для Сьюзи. Я Пообещала, что буду рядом, когда она будет выходить замуж. И еще я пообещала, что организую все от начала до конца и сделаю все, чтобы это событие было особенным.

И еще ее сестра пожелала, чтобы подружка невесты, то есть сама Памела, тоже была одета в белое, как невеста. Платье Памелы было намного проще и, конечно же, на ней не было фаты. Только это и еще цвет роз отличал ее от невесты.

— Поэтому я должна была уйти от тебя сегодня утром, Даниэл. Прости меня.

Но в этот момент она с удивлением почувствовала, как Даниэл отнял у нее свою руку и большими шагами стал уходить прочь. Памела застыла, ни живая ни мертвая.

Даниэл подошел к Сьюзи, стоявшей у машины.

— Сьюзи, милая, могла бы ты сделать мне небольшое одолжение? Можно ли задержать твое венчание всего на пять минут? Я хочу похитить у тебя на время подружку невесты…

Но Сьюзи, не дослушав его, уже воодушевленно кивала головой и махала букетом Памеле, давая ей знак, что она на время свободна.

— Конечно, Даниэл. И не торопись. Это самый счастливый день в моей жизни, и я уверена, что ты поможешь сделать его идеальным.

Даниэл с благодарностью поцеловал ее в щеку. На его лице сияла открытая улыбка, когда он уверенными шагами возвращался к оставленной им Памеле.

— Нам нужно пару минут побыть наедине, — сказал он и схватил ее за руку. — Пойдем со мной.

У Памелы не было выбора. Спотыкаясь о кочки в траве, она семенила за ним, пока он не завел ее за угол церкви.

— А теперь… — Он остановился и развернул ее лицом к себе. — Я сказал все, что хотел. Теперь твоя очередь.

Памела знала, что он хочет услышать.

— Да, Даниэл, я люблю тебя. Я всегда любила тебя и всегда буду любить. И пусть четыре года я сомневалась и пыталась забыть тебя, в глубине сердца я знала, что ты для меня единственный мужчина в целом мире.

Она хотела что-то еще сказать, но он обхватил ее руками, крепко прижал к себе и поцеловал.

— Ну, маленькая чертовка, теперь держись, — пробормотал он у самых ее губ. — Знаешь, что я хочу с тобой сделать?

Памела не сомневалась в его намерении. Она чувствовала жар его плоти, чувствовала горячее прикосновение его мужского желания к своему бедру.

— Кажется, у меня тоже появилась неплохая идея, — ответила она игриво и, прижимаясь к нему, повела бедрами.

Он застонал, обдавая теплым дыханием ее губы.