Нас не разлучить

— Памела…

— Что?

Сьюзи кивнула, показывая ей, чтобы она обернулась.

— Я не понимаю… — смущенно пробормотала она.

— Посмотри, глупая, т Сьюзи тихо рассмеялась, показывая на алтарь, где всего несколько минут назад они с Эриком произносили брачную клятву."

"Памела обернулась и часто заморгала, не в силах поверить своим глазам.

У подножия алтаря стоял Даниэл. Его лицо было необычно бледным и строгим. Он умудрился привести себя в порядок: пиджак теперь сидел идеально, пуговицы рубашки были аккуратно застегнуты и даже волосы гладко уложены.

Но стоило Памеле посмотреть на него, как он запустил пальцы обеих рук в упорядоченные пряди и снова ужасно растрепал их. Памела была поражена, когда заметила, что его пальцы трясутся.

— Иди к нему, — прошептала Сьюзи, легонько подтолкнув Памелу в спину. — Иди.

Ее коленки тряслись и подгибались. Как только она приблизилась к нему, он внезапно опустился перед ней на одно колено, взял за руку и посмотрел в ее удивленные глаза проникновенно и глубоко.

— Памела, — сказал он хриплым, дрожащим голосом. — Сьюзи и Эрик позволили мне использовать этот великий день в их жизни для своей личной цели, и я думаю, что лучшего момента и лучшего места не найти для того, чтобы попросить тебя о том, о чем я хочу попросить. Перед лицом твоих родственников и друзей я хочу спросить, согласна ли ты сделать этот великий день в их жизни таким же великим днем в моей жизни?

Памела не могла ни дышать, ни думать. Праздничное убранство церкви, множество горящих свечей и цветов, огромное собрание гостей, сидящих на креслах, — все внезапно превратилось в одно пестрое пятно. Ее глаза видели только пальцы Даниэла, в которых он держал ее руку. Он говорил слова, которые она слышала до сих пор только в мечтах.

— Памела, любимая, согласна ли ты сделать меня самым счастливым мужчиной на свете? Согласна ли ты стать моей женой?

Лицо Памелы озарилось радостью, как будто внутри нее внезапно вспыхнуло солнце. В глазах заблестели слезы. Она уронила на пол букет цветов, который держала в другой руке, и трепещущими пальцами нежно прикоснулась к его щеке.

— Я… я…

Несколько секунд она яростно боролась с волнением. Ее голос внезапно куда-то пропал, и ей показалось, что он уже никогда не вернется. Она стояла, уставившись на Даниэла, пытаясь проглотить комок, застрявший в горле. Но тут она почувствовала, как Даниэл крепко сжал ее руку. Она сделала глубокий вдох, набрала полные легкие воздуха и выдохнула:

— Да!

А потом, прерывисто всхлипнув, как ребенок, успокаивающийся после долгого плача, тихо добавила:

— Теперь уж нас не разлучить…"