Наследник

— Первым делом было указано изготовить две клиновых давильни[87], каждая весом в тридцать три пуда, из свиного железа[88]. Исполнено мастерами Бронного приказа по рисункам Димитрия Иоанновича. Вторым — особливые бумазейные мельницы, валки для кручения и иную ремесленную утварь, по рисункам его же руки. Сей урок исполнили в царских мастерских. Также было приказано доставить в бумагодельню мела, рыбьего клея, конопли и льна, а из лабазов Аптечной избы…

Повинуясь небрежному взмаху руки великого государя, дьяк понятливо опустил неинтересные мелочи.

— Уроки мастеровым людишкам задавал сам, на скудоумных не серчал, а с немалым терпением наставлял их в новом деле. А перед тем как бумазейное тесто в лотки лить, тако же все перещупал и проверил. Да и потом что-то непонятное делал, перед тем как шелковые платы с листами в давильню закладывали.

— Угум. И что, хороша ли бумага вышла?

— Про то мне неведомо, великий государь, — Димитрий Иоаннович указал без него листы не вынимать, а пуще того рядом с давильней охрану учинить, чтобы его трудов кто по недомыслию не испортил.

— Ступай.

Вновь небрежно шевельнув пальцами, властитель Московского царства отослал прочь верного слугу и позволил себе немного помечтать. Если у сына получится с этой его новой бумагой (дай-то бог!), — значит, получится и все остальное. Драгоценный фарфор, чья стоимость равна его же двойному весу в серебре — а зачастую и в золоте! Стекло листовое и посудное, большие зеркала, добрая сталь… Представив, как наполнится его казна, великий князь не удержался и вскочил на ноги, нервно заходив по кабинетной комнате.

Полная казна — это скорое завершение строящихся засечных черт на границе с Большой ногайской ордой и крымчаками и начало сооружения новых. А также малых крепостиц и острогов для пограничных сторожей. Появится добрая земля для испомещения верных служилых людей — меньше будут угонять в полон черносошный люд, легче станет стеречь окраины державы. Будет много хорошей стали — появится много добрых сабель, пищалей, фузей и крепких доспехов. А значит, битвы с литвинами и поляками будут забирать меньше православной крови! Да и воеводы перестанут постоянно жалиться, что вороги-де лучше вооружены и защищены. Одна мысль цепляла другую, разум десятками перебирал самые соблазнительные идеи, когда Иоанн Васильевич не выдержал и едва ли не бегом отправился в крестовую, молиться и успокаивать свой дух.