Наследник

»

Повинуясь молчаливым командам, ноги согнулись и разогнулись, тем самым свидетельствуя о своем полном и безоговорочном восстановлении. Худые руки дотянулись кончиками пальцев до коленных чашечек, затем немного дальше, еще чуть-чуть, затем тело крутнулось из стороны в сторону, а колени поочередно приблизились к впалой груди. Переворот на левый бок, широкий мах ногой и рукой, на правый — и то же самое, а под конец он даже попробовал отжаться. Получилось! Целый раз, хе-хе. Поправить немного растрепавшуюся постель, накинуть обратно одеяло и вытереть его уголком испарину с лица. А еще успокоить забухавшее было сердце и унять частое дыхание — как раз к тому моменту, как за спиной опять еле слышно скрипнула дверь.

«Интересно, что было бы, если бы она увидела меня пяток минут назад? Наверняка переполох получился бы знатный. А уж английский козел и вовсе бы умер от счастья и гордости — как же, его лечение помогло».

Впрочем, без лишней скромности и преувеличения — ему пока сильно везло. Выученный за прошедшую пару месяцев нехитрый распорядок собственного дня, невеликое окружение, их мелкие привычки — все это очень помогало. Как и спонтанное решение не произносить вслух ни единого слова — тем самым уберегая себя от вольной или невольной ошибки. Самым же большим подарком Дмитрий считал недавний отъезд царственного отца, общение с которым (полностью безмолвное с его стороны) хотя и принесло ему целую гору полезной информации, но вместе с тем изрядно напрягало. Кто может знать собственного сына лучше, чем родитель? Разве что мать. Но царица Анастасия вот уже второй месяц чувствовала себя не очень хорошо и решила дожидаться мужа и старшего сына в Москве — тем более что ее внимания требовали еще два сына и дочка.

«Знать бы еще, какой год на дворе, — вообще было бы прекрасно. Хотя… Все равно не пойму: куда меня занесло?»"

"В свое время, пытаясь понять хоть что-то из своих волшебных снов, он перерыл немало исторической литературы. Того же Карамзина с его «Историей государства Российского» он прочитал как минимум три раза, да и остальных авторов не забывал. Надоедал ученым-историкам, фактически стал внештатным сотрудником сразу двух музеев; но все, что смог определить, — это примерное время, в котором жил его малыш. От второй половины пятнадцатого до середины шестнадцатого века от Рождества Христова — и на этом все его успехи закончились. Ни семьи, ни хотя бы примерного титулования и положения, ни места проживания определить не получалось, ну никак! А ведь были же у него подозрения на первого сына Ивана Грозного, были!!! Только все перебивал один-единственный твердокаменный факт: царевич Дмитрий умер, не прожив и полугода. Похоже, что врали.